Психотерапевтическое восстановление имеет много общего с буддистской медитацией. Множество исследований на эту тему принадлежат Акселю Хофферу и Марку Эпштейну. Понимание конечности бытия и естественности смерти, формирующее внутренний баланс, характерны культуре и философии Восточной и Юго-Восточной Азии...

Хороший пример буддистского понимания конечности души и умения самоотверженно переживать боль привел в одной из своих книг Марк Мэнсон, описывая ситуацию, произошедшую во Вьетнаме во время Буддистского кризиса. В 1963-м году, 10 июня в знак протеста и защиты буддизма от государственного режима монах по имени Тхить Куанг Дык облил себя бензином на одном из центральных перекрестков Сайгона... Фотография горящего монаха, сделанная журналистом Малькомом Брауном, навсегда запечатлела в истории момент абсолютной невозмутимости во чреве смерти...

📜В своей работе «Мысли без мыслящего» Эпштейн писал:

«Одним из лучших описаний психологического опыта, который приходит с глубокой медитацией, является Висуддхи Мага (Путь к очищению), руководство по медитации четвертого века, родом из Шри-Ланки. В нем описаны ранние буддийские представления о том, что может быть достигнуто в области психологии через формирование определенных важных факторов ума, которые развиваются в процессе практики медитации.

В процессе непрерывного развития концентрации, сосредоточении ума на единственном объекте сознания, медитирующий в конечном итоге достигает один из двух типов состояния: концентрированный восторг или ужас, способные разделять и укрощать эго...».

Переживание медитативного восторга характеризуется разной степенью счастья, которое, как отмечает автор, имеет пять уровней: мелкое счастье, способное вызвать лишь мурашки; мгновенное счастье, подобное вспышке молнии; обильное счастье, которое охватывает тело волнами; возвышающее счастье, которое заставляет парить, и всеобъемлющее счастье, наполняющее медитирующего полностью...

Переживание ужаса, при этом, показывает, насколько ощущение собственного «я» ничтожно и беспочвенно, основываясь на нарциссических желаниях. Это состояние разрушает опору, на которой мы построили наше видение самих себя. Это переживание совершенно иной силы, чем переживание восторга.

Предполагается, что человек должен переживать ужас без страха и восторг без привязанности. При этом, действие самой медитации развивает гибкость человеческого эго, способного испытывать разного рода переживания, преодолевая нарциссическую привязанность. Такие привязанности неизбежно оказываются нарциссическими...

По мере углубления медитации некоторые аспекты личности, воплощенные в эмоциональном перевороте или болтающем уме, становятся спокойнее, а с меняющимся восприятием собственного «я» обретается освобождение...

Photo: «Thích Quảng Đức's self-immolation during the Buddhist crisis in Vietnam», 1963 — Malcolm Browne (1931-2012).

#психология #философия