призрак декаданса

родилось сейчас за холодным завтраком

Достоевский написал бы:
кухарка сжалилась над ней и украдкой бросила миску с отсыревшей кашей на прямоугольный стол овальной формы;

Толстой написал бы:
Через распахнутые двери струился утренний росистый воздух, кухарка, в старой бледно-карминовой понёве, той самой, что носила ещё её матушка, прежде, чем брак по расчёту обрек оную на унылое существование, она, как водится, мешала пригоревшую кашу длинной ложкой, мечтая вернуться в деревню детства, но в прошлое, увы, пути не было

Довлатов написал бы:
обо мне позаботились и кашу принесли дрожаще-холодной, чтобы не обжечь горло горячим завтраком, поэтому было принято решение купить портвейн

глядя на Сансу Старк из «Игры престолов» поднимаются две темы, как минимум

Очевидное вдохновение прерафаэлитами, которые создают устойчивое живописное клише бледных рыжеволосых дев, чувственных, независимых, непохожих на академических предшественниц. Санса отрабатывает референс на тыщу процентов, даже мимика изумительно повторяет картины Милле, Сэндиса, Уотерхауса.

Платья, как Санса отвечает Серсее, она шьет сама. Да и вообще прилежная рукодельница. Леди, мечтающая о принце.
Своего лютоволка Санса символически так и называет «Леди», также символически в конце второй серии лютоволк казнен. Леди умирает..

И Санса, как леди, как девочка модница, которую пристрастно разглядывают кокетки, метафорически умирает. На наших глазах, через лабиринты адских испытаний родится стиль и Королева Севера.

Веток размышления здесь достаточно.
Хоть про концептуальную мощь сериала, который при каждом новом просмотре опять тренирует мозг, хоть про то, что мода на бриджи не равно индивидуальный независимый стиль, который рожден твой личностью и жизнью.

Джоффри Баратеон похож на Калигулу, Джейме Ланистер принц из Шрека, про Арью Старк и трансформацию Сансы я потом напишу, куда заведут расходящиеся тропки пересмотра и свободного времени, неизвестно

У меня отпуск в Доме культуры и библиотеке.

Вчера включила первый сезон Игры престолов и у меня есть чем поделиться про детали, которые замечаешь при повторном просмотре, про отличие моды от стиля и как реальность сформированная бабушкой помогла мне больше читать.

Я прочитала «Грозовой перевал» Бронте и я хочу написать о том почему именно так актуализировали роман в последнем фильме с Марго Робби и про сам текст.

Ещё из новых впечатлений «Американский психопат» на контрасте подарил мне лучшее понимание соборности нашего культурного кода.
Разберем вместе с Фёдором Достоевским?

Второй фильм, который вошёл в личный топ июня «Неоконченная пьеса для механического пианино», если вам нужно понять или объяснить КАК пишет Чехов, вся его поэтика и наша жизнь в этом кино.

Это публичное обещание минимум 4 постов на озвученные темы.

Один из самых частных вопросов , который я слышу после лекции о русской литературе связан с наличием счастья. Проще говоря — а есть ли в русской классике роман, рассказ или повесть где все хорошо и счастливы все разом?

Я задумалась. В первую очередь над тем, почему современный читатель жаждет счастья с ветхих листов?
Ведь счастье нынче самый доступный предмет. Оно набрасывается на каждом шагу — всплывающие окна рекламы сияют счастливыми лицами, которые они обрели благодаря крему за пять тыщ и миллионам покупок от безлактозного кофе на птичьем молоке до ревущего ВАЗ Патриот. Купить счастье можно на любую сумму.
А какие блаженно-улыбчивые лица трех поколений семьи рекламируют колбасу на TV?! Счастье сочится и брызжет из глаз, не иначе как эта дофаминовая колбаса с серотонином и капелькой антидепрессантов.

Открываешь соцсети и счастье кричит с каждой шапки профиля о том, что нас окружают счастливые мамочки, жены. Судя по этим лозунгам и количеству ангелочков мы в раю, не иначе.
В роскошном раю с доходом икс два, потому что счастью умноженных денег завидует даже Буратино закопавший свои монеты на поле Чудес в стране Дураков. Курсы по умножению благ и денег нынче единственная цель.

Мы просыпаемся каждое утро в мир счастья и смузи. Спортивная, активная, модная, дизайнерская, прокачанная, дорогая, веселая, туристическо-балийская, осознанно-продвинутая, влюблённо-вдохновленная мелодрама счастья сыплется на обывателя из пакета с надписью ЦУМ и улыбается, улыбается новому дню как Николай Анатольевич.

И в этой карусели шаблонного счастья по общим правилам и с установленной ценой разве мало вам радости, что вы начинаете искать её и на страницах книг?
Этого единственного оплота здорового человека, который иногда страдает, частенько переживает, печалится, грустит, размышляет, ищет своё, тревожится, плачет.
Литература — здесь точно поймут человечность его эмоций, примут и не будут корить за то, что в его жизнь закралась обычная жизнь, а не карнавал счастья из рекламы майонеза.

Счастье есть в русском романе, Толстой о нём кратко сказал, что все счастливые семьи счастливы ОДИНАКОВО …
«все счастливые семьи похожи друг на друга…»

Оставьте книжную классику, чтоб было место где можно просто побыть неидеальным собой, а если вам хочется счастья, то Василенко уже надел свою каракулевую шапочку и спешит улыбаться новому дню, просто перелистните страницу в большом счастливом романе с названием «Соцсеть».

Как то на лекциях я говорила, что писать и сообщать прямолинейно очевидные вещи (например, говорить «я люблю тебя» и это же иметь ввиду) признак дурного слога и сериалов на РЕН ТВ.

Изящность знатных текстов (особенно подходящих к границе века ХХ-го) в том, чтобы показать ситуацию без слов, с помощью постиронии, сарказма, даже дел или просто в перевернутом виде.

Тут Булгаков и хорош.

Я не люблю в этом романе пошлые истории с жёлтыми цветами, они для булгаковского современника вроде затрепанных статусов ВК для нынешнего обывателя. Разве ж кто воспримет сейчас всерьез «меня сложно найти и легко потерять», «любя она любила», я не могу вспомнить весь состав провинциального кокетства угрожающего расправой всем негодяям допустившим мысль о возможном расставании с Маргаритой, которая уже бросила свое сердце случайному мастеру, вместе с букетом цвета измены.

Кто-то хулит булгаковские заигрывания с нечистой силой, а другой перечитывает страницы с мистикой, умиляется нехорошим и исписанным подъездом в известной квартире, кому-то не дает покоя роковое обаяние Маргариты, поэтому в профиле значится ведьма.

Снобам не нравится потакание обывателю.
Обывателей забавляет социальная сатира сервированная знакомыми предметами советского быта.

Как спор Христа с Пилатом, как перевернутое восприятия «никогда ничего не просить», как глубоко спрятанный религиозный подтекст, как уже упомянутые пошлые жёлтые цветы и неизменность человеческой натуры, этот роман великий, могучий, творящий добро или зло, зависит от того, кто его читает.

Перечитываю Мастера и Маргариту в предверии завтрашней лекции.

Иногда виртуальный мир с его разнообразными картинками побеждает реальность, но не в этот раз).

Возвращаюсь показать будни.