Допустимость аналогии вещного законодательства к отношениям в связи с интеллектуальной собственностью

Т.А. Лукашевичем рассматривается проблема допустимости применения положений о вещных правах к интеллектуальным правам по аналогии закона.

Автор анализирует два варианта толкования п. 3 ст. 1227 ГК РФ:

🔴 запрет применения норм вещного права по аналогии закона (неоднозначная формулировка п. 3 ст. 1227 ГК РФ – слово «применение» допускает широкое толкование);

🟢 отсутствие запрета (прямого указания на такой запрет нет).

Возможные варианты применения аналогии закона:

🔹 натуральное восстановление исключительного права (ст. 301-302 ГК РФ): применение виндикации к исключительным правам (см.: постановления Президиума ВАС РФ от 09.02.2010 № 13944/09 по делу № А56-31225/2008; от 13 сентября 2011 № 3413/11 по делу № А56-7754/2009);

🔹 отказ от исключительного права на произведение (ст. 236 ГК РФ): например, в силу п. 1 ст. 1282 ГК РФ основанием перехода в общественное достояние является «прекращение действия», которое может быть следствием отказа правообладателя от исключительного права;

🔹 распоряжение долями в исключительном праве (ст. 245 ГК РФ): аналогия с долевой собственностью.

Т.А. Лукашевич приходит к выводу о том, что нормативно-правовая база регулирования вещных и интеллектуальных прав имеет сходство, в связи с чем п. 3 ст. 1227 ГК РФ не должен быть препятствием для применения аналогии закона. Для того, чтобы избежать такого ограничения, необходимы соответствующие разъяснения ВС РФ либо отказ от этой нормы в принципе.

А вы как считаете, применимы нормы вещного права к части 4 ГК РФ?

#аналитика