Как гласит история, некогда существовал ныне утраченный санскритский текст Амритакунда (кунда это не просто "пруд", как обычно переводят это слово, а целая священная купальня, обычно естественного происхождения, но благоустроенная и украшенная благоговейными людьми; амрита это амброзия, священный нектар блаженного бессмертия).
Где-то в 1200-х годах (которые, как мы знаем, были временем перехода заката фатимидской науки в расцвет исламского мистицизма, уже был "коллективный Джабир" и Ихван-ас-Сафа (Братья Чистоты) уже попытались интегрировать наследие эллинов, египтян и сабеев в исламский контекст, создав, по сути, протомасонскую инициационную систему на научном базисе) появился арабский перевод текста: Хауд ма' аль-хаят («Пруд Воды Жизни»). В XVI веке, суфийский мастер, потомок автора знаменитой "Беседы птиц" Аттара Нишапури, Мухаммад Гаус перевёл его на персидский язык и значительно дополнил, в том числе и изумительными миниатюрами. Этот процесс расширения текста очень точно отражает изменение названия: из «Пруда» он превратился в «Океан»: Бахр аль-Хайят.
И это, вероятно, первое в истории иллюстрированное руководство по практике йоги (коим мы и предлагаем полюбоваться нашим любезным подписчикам).

Таким образом, когда мы видим впечатляющие (и вдохновляющие) свидетельства кросскультурного синтеза, дружбы, трепетных взаимных мистических симпатий: сочетание агхорских и суфийских титулов в именах афганских шейхов, вкрапление персидской терминологии (вплоть до упоминания Али) в тексты Шри Кинарама, почитание (вероятно именно исторического) Даттатреи под именем Шах Датта, а богини Хингулы как дочери Адама Биби Нани, и даже уважительное отношение тирана Аурангзеба к натх-сиддхам, просто следует помнить, что у всего этого имеется как минимум четыре века истории, весьма контрастирующей с войнами и неоднозначной дипломатией индийских и мусульманских элит.