(для учителей)
Есть такая поговорка, особенно известная в кругах детских специалистов: «Требуется целая деревня, чтобы вырастить ребёнка».
И это правда так.
Один родитель часто не справляется.
Один детский психиатр часто не справляется.
Нужны психотерапевты, психологи, учителя, дефектологи. Нужна деревня!
👩🏫 Сегодня хочу поговорить про трудных детей и учителей.
Ребёнок с трудностями поведения обычно труден не только для своих родителей, но и для школьной системы. Учителя устают, раздражаются, говорят: «У меня 30 детей, а он один. Давайте его в коррекцию». Для родителей сталкиваться с таким опытом очень больно. Они и так живут в постоянном напряжении, а школа, вместо поддержки, иногда становится ещё одним местом конфликта.
Сразу обозначу важное.
Дети с расстройствами поведения не нуждаются в коррекционной школе (немного про инклюзию и коррекционные школы говорила тут).
Но они действительно нуждаются в особом подходе. Впрочем, как и любой ребёнок (ведь мы все разные).
Проблема в том, что будущих учителей почти не учат работе с поведенческими трудностями в вузах. И это огромный пробел. Не уверена, что меня читают учителя. Но, возможно, кто-то из родителей захочет поделиться этой информацией с педагогом своего ребёнка.
🌞 Начну снова с Росса Грина.
У него есть отдельная книга именно для учителей —
«Затерянные в школе» — Росс В. Грин
Книга основана на той же модели Collaborative & Proactive Solutions (CPS), но адаптирована к школьной реальности. Главная идея остаётся прежней: дети ведут себя хорошо, если могут. А проблемное поведение возникает тогда, когда требования опережают навыки.
Грин пишет, что учителя могут работать по этой программе даже без активного вовлечения родителей. Да, эффективность может быть ниже, чем при совместной работе, но поведение ребёнка всё равно улучшается. Самое главное он получает новый опыт: трудности можно решать вместе со взрослым, а не через конфликт и наказание.
Внизу несколько особо классных цитат:
Проблемное поведение возникает, когда ожидания и требования, которые взрослые предъявляют ребёнку, опережают его навыки, позволяющие реагировать адаптивно.
Мы верим, что каждый ученик имеет право на доступ к образованию. Но одних и тех же трудных детей мы неделя за неделей отправляем домой или наказываем. В результате доступ к обучению для них становится не проще, а сложнее.
Мы подтягиваем детей, которые отстают в математике. Организуем дополнительные занятия, объясняем, повторяем. Но почему-то не поступаем так же с детьми, которым не хватает навыков саморегуляции, гибкости или решения проблем.
Мне особенно нравится, что Грин не оставляет План Б только для точечной работы с одним ребёнком. Он показывает, как тот же подход можно масштабировать на весь класс и использовать для профилактики и разборов буллинга. Представляете какая крутая книга!!
🏕 И в этом посте я не могу не упомянуть фонд «Шалаш».
Мне невероятно нравится их слоган: НЕ ТРУДНЫЕ ДЕТИ, А ДЕТИ, КОТОРЫМ ТРУДНО.
Ну скажите, что звучит! Ведь смысл именно в этом: не смотреть на ребёнка как на хулигана или неудобного, а видеть того, кому сейчас реально трудно справляться.
Фонд «Шалаш» много работает именно со школами. Они обучают учителей тому, как выстраивать взаимодействие с детьми с поведенческими трудностями, как снижать эскалацию, как сохранять контакт. У них есть курсы для педагогов, программы поддержки, а также проекты для родителей и самих детей.
Ну и чем это не олицетворение той самой деревни?
📌 И опять же напоминание, что работа в детской психиатрии — это всегда совместная работа.
Если школа, семья и специалисты начинают двигаться в одном направлении, ребёнку становится легче. Если каждый остаётся сам по себе, страдает именно ребёнок.
〰️〰️〰️〰️〰️〰️
Let's keep in touch!
Навигация по каналу