Один мой товарищ решил поухаживать за девушкой во всяких там крайне серьёзных намерениях. Ну, такое, чтоб всерьез и надолго, да чего уж, чтоб одна – единственная, раз и навсегда.
Но пришлось изворачиваться, хитрить и ухлестывать сразу за двумя.
Распространённый, кстати, случай. Такое частенько бывает, кто-то за кем-то уже поухаживал, но потом вдруг перестал. А фарш совершено невозможно провернуть назад и детей обратно в любовь не запихнешь.
Ну и собрались они все вместе куда-то там в природу. Или, допустим, музей. А то и просто макдоналдс, кто знает, куда положено ездить, если у тебя на руках сразу две отчаянных принцессы возрастом от пяти и до - слегка за.
А товарищ мой, такой, человек ответственный и бывалый. Потому не сильно доверчивый к удаче на дорогах и личной жизни: раздобыл для поездки детское автомобильное кресло. Но не купил, а занял, - кто знает, как оно там пойдет.
И оно, разумеется, не то, чтоб прям пошло.
- Это что?! Я в этом сидеть не буду, - сходу заявила младшая представительница прекрасного.
И надулась чуть ли не до слез. Включила маленькую обиженную девочку. Ну совсем-совсем как взрослая.
- Ну, вот, понимаешь, - вроде бы неплохо начал товарищ.
Но, будучи несколько программистом, тут же свалился в лекцию по безопасности.
Сложение там сил и скоростей. Моменты инерции. Статистика по краш-тестам. Сухие, абсолютно достоверные формулы и цифры, все то, что так обожают женщины и дети.
И это могло бы продолжаться неприлично долго, но старшая представительница решила: вот он, самый удачный момент для того, чтоб ничем вообще никак не помочь.
- Дочь, - строго сказала она. - если ты не будешь сидеть в кресле, то дядю оштрафуют на сумасшедшие тысячи.
- То есть, у него нет денег, чтоб я нормально ехала?! - сразу все поняла та.
Изверги, конечно. Отняли у девочки детство. Превратили в женщину пониманием того, что если мужчина вдруг начинает гундеть: да пристегни ты этот чортов ремень.
Подожди зелёного светофора.
Не ходи ночью одна пьяной в короткой юбке на шпильках в гололед по спальному району, размахивая айпадами, айфонами и прочими средствами экстренной помощи малоимущему населению, — так это не от какой-то там заботы или любви. А потому, что все они жлобы и лентяи. Жалко им просто денег и сил на лечение, похороны и, боже упаси, новые ухаживания за кем-то там еще.
Дойдя до этого момента внимательный читатель, конечно, воскликнет. Погодите, постойте, послушайте. Окститесь!
Что за разнузданный кликбейт: наобещали нам интересненького про старость. А сами - про все как всегда?!
Что ж. Такую настойчивую внимательность следует вознаграждать.
Лет семь спустя, подвозил я этого товарища с семьей. Он - спереди, семья- сзади. Ну и едем.
А я запамятовал, что в машине мы не одни и давай с ним нежничать, чисто по-мужски. Мол, я тебя что просил сделать? А ты? Забыл?! А вот как выбитые зубы сломанными руками собирать, это ты помнишь? Или надо напоминать?
И тут, сзади, раздается детский серьёзный голос, - дядя Роальд, не обижайте папу. Это вообще первый хороший папа в моей жизни.
И я вдруг понял, что старость-то вот она где. Оказывается, не в морщинах, не в том, что все и всегда болит; не в осыпавшихся суставах и зубах, даже не в седых лысинах и лысых сединах таится эта коварная дрянь.
Что-то не то происходит с глазами. Все чаще и чаще они слезятся и краснеют так, словно в них что-то попало.
Вот и опять, казалось бы, не попало ничего - но снова они на мокром месте.
этот канал в мах