Окультурился, блять.
Прикоснулся потому что  к прекрасному.

Так-то у меня со всяким искусством молчаливый пакт о ненападении. Я избегаю его, оно -  сквозит мимо меня.
А тут знакомая балерина пригласила на свое выступление.
Сначала  я сомневался, - в последний раз на балет ездил еще в старших классах школы.
Купили в антракте водки у ближайшего к театру ларька, чисто, чтоб снизить градус впечатлений.
Сбить культурный шок.
Оказалась - сивуха. Потравились.
И два обратных часа на автобусе, как бы это сказать помягче. Такая тошнота не снилась даже сартру..

А вот один мой питерский друг говорил, - надо, обязательно надо ходить на балет.  Вот мы с тобой, все пишем, говорим, кричим,  но рассказать ничего не умеем.
А там иной раз так прыгнут, что сразу ясно - всей этой вашей римской империи - пиздец.
Это же умение выразить движение души жестом. Отобразить данную нам в ощущениях действительность другой действительностью, но уже недорого. Буквально по цене билета.

В общем, много думал и не хотел никого обидеть. Решил идти.

Пришел на представление. Быстро понял главное - зачем придумали весь этот театр. А для того и только затем, чтоб некрасивые мужчины могли безнаказанно трогать чужих красивых женщин.
Сволочи, какие, видимо - нищеброды, будто деньги им придуманы не для того.

С отображением действительности тоже не задалось.
Вот все кругом трубят ужасный демографический кризис. Как бы подтверждая его - зал оказался забит буйными театралами возраста до двух примерно лет. За младенческой  неспособностью как следует похлопать, они все время что-то кричали,  - вполне возможно, что и браво! Бис!

И эта еще сказочка, про то, как всюду у нас глушат сотовую связь. Ага, ага - сплошное алло, кабан, перезвони мне. И звуки бурных потоков интернет-уведомлений.

А минут через пятнадцать мне очень захотелось познакомиться с конструктором театральных кресел.
Если не убить, так хоть спросить, - что он вообще имел ввиду? За что, как так  можно так ненавидеть людей?!

Но в какой-то момент, даже не знаю, как это передать словами.
То ли звуковик окончательно напился и уснул; может осветитель прозрел или же просто - пришел.
Движения, музыка, текст, - бог весть в чем была  причина.
Но все происходящие вокруг младенцы, звонки, пыточные кресла и иные будничные  обстоятельства разом исчезли: осталась только сцена и то, что происходит на ней.

И мне так кажется, если искусство бывает зачем-то нужно, то именно для того. Чтоб хотя бы на какое-то время не стало ни боли, ни плача, ни этих чортовых кресел, а было только оно.