На первый взгляд кажется, что граммар-наци (люди, борющиеся за чистоту руского языку) это несчастные абсолютно и жалкие в своей болезненной страсти существа.
 Шестнадцать долгих лет, отринув земные радости, они изучают правила написаний, сочетаний и прочую важнейшую хрень, а после, попав в этот суровый-суровый мир, обнаруживают, что подвиг их был напрасен и знания никому не нужны.
Тяжелейший семантический шок: всяк пишет и говорит как попало, того более – со стыда не горит.
- Как же так? – думают они.- Все, все было зря? Нет, не стоит прогибаться под безграмотный мир.

Вот у одного граммар-наци как-то сломался лифт в подъезде, пришлось ему идти пешком на девятый этаж. Идет, а на стене надпись: «Коля ты дурак».
Ну, он, конечно, давай выцарапывать ногтями пропущенные знаки препинания, и стенать протяжно и гневно, - О, боже! О, Розенкранц, и Гильденстерн, и Розенталь, где я живу?! Ебаное, блять, быдло: как можно приличному человеку жить средь тех, кто обращение не выделяет запятыми, ну что за нахуй, а?
А идти ему еще восемь этажей, а стены исписаны все, и кровь сочится из под сломанных ногтей.
Ему бы остановиться, но, - нет, - сказал он. – Пускай умру я, но капли крови моей горячей безумной жаждой ученья, света, сердца наполнят.
– Погибаю, но не сдаюсь, - кричит. Жы, шы - пиши через жи и ши!
Не дошел, конечно. Соратники похоронили его чин по козырю, а стали устанавливать памятник, чу! - «спи спакойна» на нем написано.
Вот такая, блин, ирония судьбы.

Другой граммар-наци, в Тарусе, пошел как-то раз на городской рынок купить еды. Идет мимо прилавка, а там – мясо. Так и написано «фермерское».
Он и к продавщице и в администрацию, - так и так,- визжит, - что за чепуха!? Это что – мясо фермера, да?! Немедленно исправьте!111
Ну и понабежало охраны, вытолкали его в три шеи, чтоб не галдел.
А следующим утром открылся рынок, покупатели заходят и бегом оттуда с визгом. Прямо у входа, значит, стоит лоток, на нем лежат изрубленные вместе с одеждой тела и возле каждого табличка: мясо кассирское, мясо директорское, мясо охранниковское.
С той поры на рынке в Тарусе даже у каждого самого таджикского грузчика как минимум два филологических образования.

Или вот эта вот история, как в Егорьевске одна граммар-наци полюбила человека, до судорог в ушах, уже совсем было решила подарить свою девичью честь, а он ей прислал смс, - привет как дила?
Она ему звонить быстрей, а он ей, - извини, - говорит, - занят. СозвОнимся, - говорит, - позже.

Так там такое потом началось, что приехавшую на место происшествия скорую-милицию и пожарных с водоканалом тошнило четыре дня, хотя они-то уж всякого разного навидались, особенно водоканал.

Казалось бы, вот они психи и дураки, но на самом деле им открыто тайное Знание.
– Сначала было Слово, - знают они, - и Слово это было написано Правильно.

И живут они страдая от недосыпа, недоеба и голода. И правят все, что видят, и достают всех, кого могут, потому как всякий граммар-наци, заебавший более десяти тысяч человек, попадает в персональный рай, где нет вообще никаких ошибочных людей, а куда ни глянь – лишь открытые в особо излюбленных местах словари и учебники русского языка.

2008-2009 Челябинск - Санкт-Петербург - Внутренняя Монголия.