В первый день мартовской командировки в Москву весь маршрут сам собой сложился вокруг Ордынки. Я увидела храм и не смогла пройти мимо.

Конечно, потому что он напомнил мне псково-новгородскую и владимиро-суздальскую архитектуру. Но исполнен был, очевидно, гораздо позже.

Действительно, Алексей Щусев при его проектировании опирался на древнерусское зодчество.

И сердце повело внутрь.

Оказалось, что росписи выполнены Михаилом Нестеровым.

Вообще, идеологом Марфо-Мариинской обители была княгиня Елизавета Фёдоровна. Именно она настояла: в храме должно быть как можно больше белых фонов и минимум декора. Щусев хотел согласовать архитектуру и росписи, стилизовав их под древнерусские фрески.

Перед Нестеровым стояла сложная задача, ведь сам художник хотел выработать собственный стиль — уйти от преследующего влияния Васнецова, найти своё.

Отдельное внимание — технике. Нестеров работал в инновационной для того времени манере монументальной росписи: живопись жидким стеклом. Благодаря этому колорит остался насыщенным и сейчас. Фрески не выцвели и не осыпались.

В итоге получилась церковь, где русский модерн и неорусский стиль были сделаны в духе своего времени и согласно воле художника.