Оказывается, позавчера умер писатель Юрий Никитин, славяно-фэнтезист и киберпанк-фантаст.
В октябре-ноябре 1998 г. я работал организатором клуба английского языка при интернет-салоне на ВДНХ. Бизнес-идея была в том, чтобы не платить мне зарплату, но разрешать набирать частных учеников. Фишка клуба была в непосредственном общении с носителями языка. Носители были миссионерской группой американских мормонов, которые тоже не просили зарплаты, надеясь на набор обращенных. Главного мормона звали Старейшина Казмич (Kuzmitch), и мы всеми официально считались родственниками. Потом это стало моим первым ником в сети. Мормоны сидели вперемежку со слушателями и обеспечивали диалог, я обеспечивал координацию. Ученики у меня не набирались, но я два раза получал переводческий ангажемент от мормонов и стоял с микрофоном на краю сцены во время шоу-служб, перенимая воодушевленные интонации и получая искреннее удовольствие от жонглирования стилем синодального перевода. Клуб закрылся после трех встреч. Мормонов я разочаровал жестоковыйностью в необращении в истинную веру, и они меня слили. За кров и еду в недружелюбном Марьино я читал корректуру для издательства «Центрполиграф».
Причина всего этого была, в основном, в одновременном, как это обычно и бывает, в августе 1998-го, закрытии отдела синхронистов на первом кабельном «Космос-ТВ», поскольку перевод стали поставлять в комплекте к программам извне, - ну и, понятное дело, в исчезновении всех моих единственный раз в жизни крупных сбережений в банковском крахе. Это же так говорят обычно: банковский крах. На деле это означает всегда одно и то же: вполне конкретный банкир Смоленский украл эти и все прочие сбережения и много лет спустя мирно почил в своей кровати в теплой стране. Успев даже побыть светлым человечком с хорошим лицом и гневно осудив как воровскую клептократию 90-х, так и порочную тиранию ее преемников. Просто так устроен мир. И если повезет, можно попытаться проэскапировать весь срок, на который ты в него посажен.
За заснеженным окном стояло сплошное Марьино, и этим все сказано. Чтобы не сойти с ума, я очень много употреблял очень отвратительного алкоголя в долг и писал словарь-справочник к «Маятнику Фуко», который потом написали другие люди, а те бумажки куда-то пропали. Но корректура «Центрполиграфа» спасала более эффективно. Так я прочитал что-то Крапивина (впервые задумавшись о тайных сексуальных пружинах советских подростковых писателей), какую-то из «Анжелик», два английских романа про разговоры в саду и ворчливых дядюшек, но не Остин.
Ну и подряд три первых романа про «Троих из леса» Никитина. До того у меня был неудачный опыт с Толкиеном (из всех попыток прочесть заснул все разы), да и все на этом. Поэтому читаемое было ново и интересно, местами забавно и даже смешно. И топорная дидактика воспринималась как правила игры. Я к тому же крайне далек от компьютерных игр, поэтому откровением стали спустя пару лет слова приятеля о том, что весь Никитин, мол, - это тупо описание ходилки: пошел, увидел сундук, открыл, взял золото, пошел, увидел тролля, применил чары, порубил, убил.
#литература #современность #Россия #ивсебылоэ