Он родился в Тифлисе в семье рабочего железнодорожных мастерских. Когда ему было 12 лет, отец погиб, и мальчику пришлось пойти подсобным рабочим на кирпичный завод. Но страсть к рисованию не угасла: он рисовал везде — на обрывках газет, конвертах и даже на кирпичах во время перерывов.
«Так бы и остался я рабочим с чудинкой, но советская власть для таких, как я, открыла все пути, и я пошёл учиться»,— скажет он позже о том, как в 1924 году поступил в Тбилисскую академию художеств, где его учителями стали Евгений Лансере и Егише Татевосян — художники-реалисты, увлёкшие юношу традициями передвижников. Позже Налбандян вспоминал:
«Я полюбил русское искусство и твёрдо решил по окончании Тбилисской академии художеств обязательно уехать в Россию, с тем чтобы работать и учиться у русских художников».
В 1931 году он перебрался в Москву, где работал мультипликатором студии «Межрабпомфильм» (ныне киностудия имени М. Горького) и карикатуристом в газетах.
Судьбоносной стала встреча с Серго Орджоникидзе, который ввёл молодого художника в круг партийной элиты. Налбандян говорил, что работал «от Ильича до Ильича» — от Ленина до Брежнева. Более полувека он писал членов Политбюро, военачальников и деятелей коммунистического движения.
Он стал одним из немногих мастеров, кому лично позировал Сталин — единственный художник, удостоенный такой чести. О своей работе Налбандян говорил:
«Когда пишешь портрет руководителя государства, нужно видеть не только человека, но и время, которое он олицетворяет».
Он не скрывал своего положения: на вопрос, считает ли себя придворным художником, отвечал лаконично:
«Да».
И пояснял:
«Я свидетель событий советской эпохи, а художник — это летописец своего времени. Мои картины должны остаться зеркалом истории».
Сегодня его часто называют «художником Политбюро», вспоминая прежде всего парадные портреты руководителей СССР. Но такое определение слишком узко. Налбандян был художником большого диапазона: он писал исторические картины, пейзажи, натюрморты, портреты современников и оставил огромное художественное наследие.
Главное место в творчестве Налбандяна занимали не только картины большого общественного звучания. Он писал людей труда, революционеров, государственных деятелей, участников строительства социализма.
Одной из известных стал образ Ленина как руководителя грандиозного преобразования страны.
«Торжественный приём в Кремле 24 мая 1945 г.» (1947) — полотно, запечатлевшее как после приёма в честь Великой Победы по лестнице спускаются члены Политбюро во главе со Сталиным. Картина передавала ощущение праздника и торжественности великой страны, победившей в войне.
«Для счастья народа (Заседание Политбюро ЦК ВКП(б))» (1949) — Сталин показан «простым и доступным», без многочисленных орденов, склонившимся над картой будущих лесонасаждений вместе с соратниками.
«Малая земля. Новороссийск» (1975) — полотно, посвящённое событиям Великой Отечественной войны.
Налбандян как никто другой отразил в своём творчестве особенности советского мировоззрения и потому был официально признан и востребован. Одними только его работами, как отмечали современники, можно было бы проиллюстрировать полный учебник по истории СССР.
Но творчество Налбандяна не сводилось к парадным портретам. Он любил натюрморты и пейзажи, писал их в свободной живописной манере — яркими мазками, с энергичным темпераментом. Его мастерская на Тверской стала музеем, где хранится более 1500 произведений.
Сам художник видел своё призвание в простом и ёмком образе:
«Живописи дано брать в руки человеческое сердце».Дмитрий Налбандян прожил почти весь советский XX век. Он умер 2 июля 1993 в Москве, оставив после себя тысячи произведений.
«Искусство должно быть понятно народу, должно служить человеку».
Налбандян был одним из тех художников, чьи полотна стали частью общей культурной памяти миллионов людей.
Он писал не просто лица и события. Он писал образ страны, которая стремилась увидеть себя великой, молодой и строящей будущее.
-----
Ищите меня в дзен.