У Polygon недавно вышел ролик о том, как Call of Duty превратила войну в цирк.

В 2011 году Activision изрядно потратилась на раскрутку Modern Warfare 3 с ангаром из «Авиатора», контрактом с Mountain Dew, Канье на сцене и постановочной зачисткой террористического логова — все это в честь игры о третьей мировой войне. После этого серия о героизме и ужасах (и чуть позже — цинизме) войны безвозвратно превратилась в сахарно-тестостероновый октагон для производства нарезок с 360 no scope трикшотами. Я застал CoD до этого момента, и тогда серия действительно была чем-то другим — при всей вторичности с цитатами без кавычек из «Спасти рядового Райана» и «Врага у ворот» у игры получалось убедить маленького меня в том, что все происходящее на экране очень страшно.

И как раз со Спилберговского «Райана», по мнению Пэта (автора ролика), все и закрутилось. С одной стороны, изображение боевых столкновений было до документального скрупулезным с триггерным контентом вроде оторванных конечностей, повсеместного травматического синдрома и кишок в руках; с другой, это был достаточно типичный развлекательный фильм для кинотеатров по Спилбергу с подобающим для этого пафосом. Сам Спилберг, по его словам, снимал именно антивоенный фильм. Что, впрочем, было не так уж важно для одного из самых коммерчески успешных кинопоказов 1998 года, насыщенного действиями и пиротехникой. Любовь младшего Спилберга к GoldenEye на N64 вероятно положила начало к созданию Medal of Honor, а затем — к самой Call of Duty.

Интересно, что до Medal of Honor действительно не было таких игр, так их еще никто не делал. Были в целом весьма аполитичные варгеймы и симуляторы, в которых достоверность ТТХ техники и количество участников конкретной битвы играли главную роль, и кроме них существовали разве что комиксово гротескные Wolfenstein. Ранние части Call of Duty во многом заложили основу для сюжетных милитари-шутеров, мифологизированной и интерактивной военной хроники о героических жертвах. Вне зависимости от сеттинга большие военные шутеры воспроизводили эту модель: в Brothers in Arms мы управляли взводом, первая Gears of War также отправляла игрока на войну с безусловным злом в компании товарищей.

Первая Modern Warfare, в свою очередь, выступила фундаментом совсем другого типа игр. Каждый игрок превратился из безымянного рядового в Оперативника, ищущего волков среди овец. Состояние перманентного военного конфликта "где-то там" рассматривалось как нормальное — поводом для наших действий обычно теперь обычно служит нарушение какого-то закона "честной войны", предательство командиров или невидимая террористическая угроза. Что в том числе очень удобно и для нарративного дизайна в работе с мультиплеером — в десматче "все против всех" соревнуются в умении стрелять независимые и неподчиняющиеся практически никому оперативники, вопрос о принадлежности сторон снимается за неактуальностью. Теперь уже, в общем-то, не нужно и выстраивать какую-то продуманную сюжетную кампанию, в стрельбе CoD уже угадывается не столько конфликт, сколько рутинное соревнование и повод показать кастомизированные пушки и шевроны. Пожалуй, лучше всего эти уроки закрепили даже не в самой Activision, а в Ubisoft, большая часть игр которой посвящена таким технически оснащенным оперативникам без бюрократических преград, начиная от Assassin's Creed и заканчивая сверхциничной Ghost Recon Wildlands. Не совсем понятно, правда, как Activision делать новые игры о войне дальше.

P.S. Забавно, что у Кодзимы с его MGS все пошло, кажется, едва ли не в противоположном направлении.