С VIII по начало XI века в Андалусии, на юге Пиренейского полуострова, существовал один из самых развитых центров средневековой цивилизации — эмират, а затем халифат Кордовы. Во главе стояли Омейяды, уцелевшая ветвь династии, изгнанной из Сирии. На фоне раздробленной и отсталой Европы Кордова действительно выглядела как сверхдержава — с огромным населением, богатством и сильной армией.

Крупные города тянулись вдоль Эбро и Гвадалквивира. Здесь процветало земледелие — благодаря сложной системе ирригации, унаследованной от римлян и визиготов, но усовершенствованной арабами и берберами. Центральная Месета, бедная на воду, жила в основном скотоводством. Позднее именно испанские пастушьи традиции перекочевали в Новый Свет и превратились в культуру «вакеро» — будущих ковбоев.

Богатства страны концентрировались в Андалусии, где города вроде Кордовы и Севильи не имели аналогов в Западной Европе. Они зависели от сельских районов, и стоило врагу разорить поля, как в городах тут же наступал голод и упадок.

Население было пёстрым: немногочисленные арабы составляли военную и политическую элиту, берберы переселялись целыми племенами, евреи создавали свои кварталы и общины, христиане-мозарабы продолжали говорить на романских диалектах, постепенно арабизируясь. Рабов из Африки и Европы тоже хватало, но они быстро растворялись в обществе. Арабский язык был языком власти, науки и торговли, тогда как в быту многие продолжали пользоваться местными романскими диалектами.

С IX века сюда тянулись знания и из Востока. В Андалусии распространялись новые технологии в металлургии, судостроении, медицине, математике. Одной из самых ярких фигур эпохи был Аббас ибн Фирнас — учёный из Ронды. В конце IX века он построил примитивный планер и попытался взлететь с башни в Кордове. Лётчик отделался тяжёлой посадкой, но вошёл в хроники как первый человек Европы, попробовавший летать.

Отель "У погибшего историка". Подписаться.