Этот пост мне страшновато писать (страшно, волнительно, тревожно – всё подходит). Вместе с тем мне кажется важным его написать, поэтому вот, пишу. Прошу о бережности в возможных откликах:)

Это продолжение вот этого поста про высокую чувствительность как нейроотличие.

Недавно я на одной группе вслух назвала себя «нейроотличной», без уточнения, что именно я имею в виду. Я сделала это потому, что слова «высокая чувствительность» не особо бы раскрыли, что именно я хочу передать; а «нейроотличие» позволило максимально точно одним словом описать тот опыт, про который я говорила (возможность рассказывать супер подробно про свой опыт бывает не всегда, и там её не было).

Я испытывала очень много эмоций по этому поводу. С одной стороны, я чувствовала, что немного соврала. Ну какая же я нейроотличная? (А кто это решает?) С другой стороны, это правда хорошо выразило мою мысль. И я ощущала, что это прям в точку и про меня. И ещё я чувствовала, что вместе с самораскрытием для меня это ещё и политический шаг: сложно говорить про инклюзию и учитывание твоих особенностей в более глобальном контексте, чем личные отношения, если ты относишься к «нормальному большинству» (хотя как бы мне хотелось, чтобы все особенности учитывались без вот этого вот всего).

Если погуглить про нейроотличность и нейроразнообразие, то на русском языке нигде туда не включают высокую чувствительность. На английском – уже бывает, но далеко не везде. Я согласна с теми, кто говорит, что логично считать высокую чувствительность нейроотличием, просто по смыслу слова «нейроотличие».

А вчера в разговоре с @ok_sobi я неожиданно поняла ещё одну штуку. Я нередко встречаю – в основном в контексте СДВГ и РАС – такую критику понятий: часто в качестве особенностей и нейроотличия выделяют те характеристики, которые неудобны окружающим (тут, наверное, нужна заодно отсылка к социальной модели инвалидности, которую я, безусловно, разделяю). Я не хочу говорить за других людей, поскольку у меня нет ни РАС, ни СДВГ, но нормального разбора сейчас тоже нет под рукой, так что я совсем коротко: вот в СДВГ, например, как проблему выделяют «гиперактивность», хотя это что-то, с чем неудобно окружающим, а какие-то другие состояния и способы поведения, тоже характерные для людей с СДВГ, вообще не выделяют, хотя самим людям они могут причинять больше неудобств или просто быть для них более заметными.

При чём тут высокая чувствительность? Несмотря на то, что я, как и многие другие hsp, переживаю из-за того, что окружающим со мной сложно, – это затрагивает только некоторые сферы жизни, и большинство окружающих (лично в моём случае, например, но я не думаю, что я тут уникальна) не подтверждают неудобство, оно в основном в моих глазах. Глобально, кажется, высоко чувствительные люди очень удобны окружающим (но нам сложно с самими собой, точнее, с миром).

Элен Эйрон много пишет про то, что высокочувствительные люди полезны обществу, и это можно присвоить и гордиться собой (тут я, в общем, согласна). Но польза для общества, удобство для окружающих, умение приспосабливаться и не отсвечивать – не означают, что я ощущаю себя так же, как пресловутое большинство. Я не хочу, чтобы меня считали «нормальной» просто в силу того, что я удобная и что таких, как я, не так уж мало. А нейроотличность, на мой взгляд, не должна базироваться на том, как другим людям со мной; а на том, как мне с этим миром, приспособленным не для меня. Потому что я хочу менять не себя, а мир.