С грустью думаю, что моё лето оказалось короче, чем могло быть – но прийти в себя никогда не поздно. Как это вообще удалось, для меня загадка. Уж во всяком случае точно не потому, что "мне надоело страдать" и "я решила вытащить себя за волосы" (ох уж эта логика образца "ветер дует, потому что деревья качаются").

затраченных усилий захудалый гнев
утраченных иллюзий запоздалый гнёт

...момент осознания, что от тебя это не зависело, должен был бы принести некое облегчение – мол, дело-то было не во мне. Нет. Осознать, что всё упирается не в принципы или предпочтения, а в физическую невозможность выполнять свои обязанности – ужасно. В этой физической невозможности человек брошен и одинок.

Усталость превращается в боль так же, как кариес в пульпит, только в разы быстрее. И вот уже твоё состояние – это пробуждение с высоченной температурой, весь день и вся ночь с высоченной температурой, а на термометре – ничего.

Я вспоминаю всё это – саму себя, намертво прилипшую к оголённому проводу, когда "вовремя останавливаться" было уже поздно – других сравнений у меня нет. Вспоминаю, как каждое утро выпивала чашку кофе – словно последнюю милость перед казнью. И шла на работу – нет, уже не из чувства долга – по инерции, как заведённая жестяная игрушка, не разбирающая дороги. Мне предлагали не мучиться, уехать домой, но поздно: воля была парализована, решения невозможны. Я ничего не "думала", мыслей не было, была только боль. Когда руки, глаза и мозг отказывали, я уходила в лес и сидела на поваленном дереве – чтобы не потерять рассудок от боли и не разрушить что-нибудь, созданное с большим трудом. Иногда коллеги отпускали в мой адрес какие-то шутки – тыкали раскалённым прутом. Я не виню их. Человек заперт в самом себе. С этим ничего не сделаешь.

Сейчас, над Рекой, ощущение, что это был другой человек – и что я жива, потому что он мёртв. Когда он был жив, меня не было, я была мертва. От него остались только следы селфхарма, которые медленно, но верно сходят с рук.

🌞