Первые двое суток нового года прошли настолько трешово, в сенсорном и эмоциональном смысле, что я решила взяться за перо. И начать наконец вести этот дневник, ибо пора уже.

Это был первый Новый год, который мне не пришлось встретить в родительском доме – осенью мои близкие умерли от коронавируса (об этом я ещё буду писать); до какой-то степени, праздник из-за этого потерял свой смысл, а ещё последние две недели перед НГ прошли в делах и суете, так что 31 декабря я проснулась с чувством бесконечной усталости.

Те два или три человека, с кем встречать НГ было бы возможно лучше, чем в одиночестве, отмечали этот семейный праздник также не одни, и я, поразмыслив, приняла предложение одного довольно дальнего знакомого поехать к нему в пригород и провести время на природе.

Человек оказывал мне "знаки внимания" (или как это называется у просексуалов), пришлось сказать, что я несвободна, и, к счастью, этого оказалось достаточно. На этом месте могла бы быть какая-нибудь трешовая история с попыткой изнасилования, и я сразу скажу, ничего подобного не случилось, мой визави оказался порядочным человеком. Но, конечно, отправляясь в пригород на всю новогоднюю ночь, я вполне держала в уме, что могу оказаться в ситуации, когда придётся идти в город пешком. Поскольку дверь в гостевую комнату на ключ не запиралась, была мысль вообще не ложиться спать, но честно скажу, в моём ментальном состоянии это было бы очень плохим вариантом.

С этим пронесло, но общая "затроганность" и физически сокращённая дистанция, даже в пристойных пределах (взять под руку, подать куртку и т. п.), вызывала постоянное фоновое чувство опасности. И второе, от чего я устала не меньше, а может, и больше, – это само общение в таком количестве с не близким человеком в принципе. Нет, никаких конфликтов у нас не возникло, было просто общение по типу small talk, которое я в принципе не воспринимала как по-настоящему дружеское (а собеседник, по-видимому, как раз воспринимал, и вот этот дисбаланс двух параллельных восприятий тоже создавал какую-то трещину, в которую утекали силы) – для высокочувствительного человека это тоже зона риска.

Не могу сказать, что я пожалела о том, что встретила НГ именно так, но какой-то большой радости не было, скорее, было ощущение, что объективно для неё созданы все возможные на сей момент условия, и да, надо порадоваться. Как-то так.

Днём я вернулась в город, мне надо было на работу, открыть дверь человеку и потом закрыть за ним дверь. Этот труд я взяла на себя добровольно: коллега просто пропал бы без моей помощи. Но личность живёт своей жизнью, а психика своей; несколько часов, проведённых в моей конторе, спровоцировали окончательную перегрузку, и вечером я уже не могла уснуть от переутомления. Абсолютно типичная ситуация, которая периодически происходит и которую я более-менее научилась видеть заранее и предотвращать, но получается далеко не всегда.

Ночью я выспаться не смогла, кошка постоянно будила, лезла обниматься, бодаться и урчать. Понимаю, звучит дико, особенно в свете всеобщего культа домашних животных (к этому я ещё вернусь, ибо есть много что сказать). Утром снова отправилась открывать дверь коллеге, потом вернулась домой, и только пробыв несколько часов у себя в квартире в хотя бы относительном, с учётом заснувшей кошки, одиночестве, почувствовала себя чуть менее отвратно.

И, прикинув, что это имеет смысл (а там был конкретный смысл, о котором я расскажу следом), я надела свитшот с рождественским принтом и отправилась на вторую тусовку, которой было суждено меня добить, прямо-таки добить прикладом. В сенсорном смысле, в первую очередь.