продолжаю свою новую рубрику, в которой я слушаю песни и обнаруживаю там психологию.
Сегодня у нас уважаемая Ёлка со своей «Комнатой» (рекомендую сначала послушать).
И тут такая мысль:
а что, если «не выходи из комнаты» – это не просто красивый образ, а очень понятная стратегия совладания с тревогой?
Ну, смотрите:
За дверью - ад. Жаркий и липкий.
В комнате безопасно.
Снаружи непредсказуемо и вообще ничего хорошего.
Поэтому прослеживается железная логика:
если я не выйду, со мной ничего не случится.
На первый взгляд - вполне разумно.
Проблема начинается тогда, когда эта стратегия начинает работать слишком хорошо.
Человеку страшно выйти → он остаётся дома → тревога снижается → мозг делает вывод:
«Фух... хорошо, что мы не вышли. Значит, снаружи действительно опасно».
И в следующий раз выйти становится ещё страшнее.
Так работает избегание: оно действительно приносит облегчение прямо сейчас, но одновременно закрепляет страх.
А дальше пространство жизни может постепенно сжиматься.
Сначала:
«Сегодня не пойду, что-то тревожно».
Потом:
«Зачем вообще куда-то идти, дома нормально».
После:
«Мне и так хорошо».
А потом человек уже может искренне не понимать, где заканчивается желание побыть дома и начинается страх жить за пределами собственной комнаты.
И вот здесь я бы вспомнила про АГОРАФОБИЮ.
В тяжёлых случаях человек может настолько бояться ситуаций, из которых, как ему кажется, будет сложно выбраться или получить помощь, что начинает избегать выхода из дома и других потенциально тревожных мест.
Но для этого совсем не обязательно иметь агорафобию.
Гораздо чаще мы сталкиваемся с обычным человеческим избеганием.
Только предмет страха может быть разным:
✔Кому-то страшно выйти из дома.
✔Кому-то – позвонить.
✔Кому-то – начать отношения.
✔Кому-то – сменить работу.
✔Кому-то – впервые сказать своё мнение вслух.
Механизм один:
«Пока я этого не делаю, мне не страшно».
И именно поэтому меня особенно цепляет:
«Запрись со мной».
Вот здесь я слышу уже не другого человека.
Я слышу саму тревогу.
Причём тревога редко (читай - никогда) говорит:
«Я сейчас испорчу тебе жизнь».
Она гораздо хитрее:
«Останься со мной. Здесь безопасно».
«Не ходи туда».
«Не звони».
«Не начинай».
«Подожди, пока будешь готов».
«А вдруг что-нибудь случится?»
И ты остаёшься.
Тревога выдыхает:
«Вот. Умница. Я же говорила».
А мозг получает подтверждение: раз мы остались дома и ничего плохого не произошло, значит, решение не выходить было правильным.
Так избегание постепенно становится очень убедительным.
И самое неприятное здесь то, что тревога действительно пытается нас защитить (такая у неё психологическая функция).
Просто иногда настолько сильно, что в целях безопасности предлагает нам перестать жить.
Такой вот внутренний дьявол, который не толкает тебя в пропасть, а очень заботливо шепчет:
«Не надо никуда. Давай лучше останемся в комнате». 😈
И тут появляется ... Бродский.
Потому что вся эта история выросла из его знаменитого «Не выходи из комнаты» - стихотворения 1970 года.
В оригинале идея доведена практически до абсурда: не просто не выходить, а максимально спрятаться от внешнего мира - от людей, времени, любви, болезней, вообще от всего.
А у Ёлки особенно интересен именно этот поворот:
«Запрись со мной».
Потому что тревога умеет не только пугать.
Она умеет соблазнять безопасностью.
И мне кажется , что вот здесь, основной психологический вопрос этой песни:
а где заканчивается наше «мне здесь хорошо» и начинается «я просто боюсь выйти»?
Потому что иногда мы действительно выбираем остаться дома.
А иногда очень хочется выйти...Просто страшно.