Видеорубрика Цифрового геноцида

Первый разговор серии «Цифрового геноцида» с Анатолием Красновским — исследователем формальных и причинных моделей сложных систем (MB3Lab, аспирант Иннополиса). Мы поговорили о неочевидной связке UX с инженерией: эргономикой, формализацией и устойчивостью систем.

Зачем современной разработке модели систем и модели пользователей при взаимодействии с интерфейсом? 

Да кто такой этот ваш «пользователь»  и почему это не формализовано.

Cognitive engineering против cognitive systems engineering. Здесь — исторический водораздел. Дональд Норман в 80-е называл себя когнитивным инженером: интерфейс важен, система на человека будто не влияет, хватает простых наблюдений на выборке в 7–8 человек. Но Расмуссен, а за ним его «ученики» Холлнагель и Вудс (все выросли из лаборатории при датском ядерном центре — отсюда одержимость надёжностью и рисками) показали обратное: в сложных системах человек и машина — это «единый танец», их нельзя рассматривать порознь

Риск, ошибка и швейцарский сыр. Почему и откуда взялась такая метафора у исследователей рисков и эргономистов?

Обычный продуктов без рисков почти не существует. 

Парадоксы автоматизации. Любимая иллюстрация — Гагарин, которого запускали без доступа к пульту (код от замка ему пришлось добывать отдельно; описано у Чертока в «Ракетах и людях»). 

Что вообще такое ошибка. Краткая эволюция: психоанализ (Фрейд - ошибка как прорыв бессознательного) - отказ от понятия у бихевиористов -реабилитация в когнитивной психологии через интенциональность (Сёрл) - информационный подход - системный. Спойлер: я до сих пор не понимаю, что такое ошибка

В конце анонс второй части - мы начали говорить о resilience engineering и что такое устойчивость: какие практики делают продукт “устойчивым” к рискам, авариям, ошибкам. 

https://youtu.be/zFNKLyT20rw