листик тонкий
с надорванным краешком,
разной плотности иголки,
морские камушки.

раз,
два,
сгиб, за ним разворот,
едва ли
дел невпроворот.

журавлики -
надежды оплот.

будь уверена,
наш плот
дырявый и тонет.

ты загибаешь измученный лист,
квадратики,
след синей ручки.

я лежу,
забавный случай
не спасти заклинанием.

но шепчу ветру, тебе,
сгибающей снова пальцы,
миру,
ждущему казни,
что
тысяча первый нас спасет.

тебя - от предстоящей тоски,
меня - от подступающей тьмы.

знаешь,
у инсулина и глюкозы,
запах удушающий.

отбарабанил клен по машинам,
ива слезы бросает в прохожих.

улыбка - действие почти машинное,
день такой погожий.

похожий
опыт
сближает.

следы пепла -
тревожные скрижали
того,
о чем мы не скажем.

как прикажешь,
как покажешь,
что делать должно.

сложность
сложения букв,
должность,
возможность стать.

сталь
звучит в моих заверениях,
что обязательно станет лучше.

прости,
заявление не сделает хуже.

солнце касается крыльев
тонкого журавля.

это ведь тетрадка по физике?

прошу, не допусти и мысли
отказаться от Принстона.

но как же близкое?

на расстоянии выстрела
есть возможность
случайно стать единственным
пострадавшим.

привкус пресной каши.

ненавижу чертов геркулес
(ну или модную нынче овсянку).

звуки леса.

простите, не местные.

тысяча первый,
интегральное уравнение смято
в крыле.

тогда был август,
как могла - улыбалась.

но даже тогда не сказала,
что явно не справлюсь.

30.05.2025