не верю докторам
и взрослым тетям с дядями
мало ли, что наобещают.
лепестки падают в лесной зале,
прогулка с семьей на выходных,
стих стих, да намек остался.
усталость
как ключ времени?
человечество - это тысяча муравьишек
и сотня слонов.
виноват ли он
в раздавленном муравейнике,
будучи даже не в курсе его бытия?
и между стенок
из опилок и прелого мусора
маленькая мошка
лелеет мысль стать побольше,
хотя бы на метра два.
едва ли возможно
перерождение,
предопределение - великая единица случайности,
можно было бы отчаяться,
разразиться праведным гневом,
только вот небу
совсем невдомек,
кто там копошится под ним -
человек или собака.
разница лишь в отличительных знаках,
жизнь бьется одинаково.
для вселенной мы -
набор символов и чисел,
пересобранный тысячу раз,
будто Бог попросту играет в пазлы.
не понравился?
участь будет не сильно сладка.
да и я сама,
если бы не людская жалость,
была бы мертва
в свои 22.
а пессимистов мы, кстати,
повесим в третий четверг месяца,
креститься улица свету,
осмелится ли улыбнуться лету?
звание - человек,
соизволю отказаться,
хоть кому этот грех,
но предпочту назваться любым другим именем.
будет угодно,
хоть корабельным килем,
лишь бы ничего общего с былью
двуногим.
не смотри же ты, мой мальчик,
человеческий мир довольно убогий,
и нам нечего с этим поделать,
счастливые правят балом,
если тебе досталось -
оставь себе,
спрячь за пазуху.
не открывай дверей в ночи,
не шепчи за стенкой любовно,
чуть ниже пшена,
чуть выше орбиты,
арбитр отобьет мяч прямо в темя.
в теме,
в тренде,
в течении
времени,
мальчик мой,
будем теми,
чье человечье тело -
все, что досталось от них.
стих стих, да намек остался,
какая великая малость
назваться двуногим,
когда в тебе от него
только руки, да ноги,
голова не твоя, шарнирная кукла,
фигляр и артист -
вспышка на небе чернильном.
за ставнями ночь
становится мнимым
страхом расплаты.
доспехи, латы, честь и доблесть
в рамках свои-не свои,
лишь шуту, в искусстве своем гениальном
позволено крайнее
неподчинение.
шкура и сочленение
звериного с общественным,
если угодно, извольте от чести
быть человеком
отказать в сторону дуба.
врасту в почву грубую,
по сторонам раскину ветви,
пусть под ними дети
плетут венки,
а взрослые плети.
23.06.26