Горбушка беликов

#текст #получерновое

***

Боль — грибок на мире, сосущий в мир, и
крик меня есть объявление войны ему, и
это самая мгновенная и бескровная война, вернее
моей боли кровь была кровь моя и она обратно возвращена
это война полнокровности
я возвращаюсь так в мир войной
как электрический ток противоположен ходу электронов
я становлюсь в обратности боли
я безразличен в счастье
но различаюсь как зазор, полный мира
моего

(прим. с большой долей вероятности будет проглочен Смехом о календуле)

#текст #черновое

Четвертое послание Сармату

Теоретиком аурафарминга был Вальтер Беньямин.

#текст #черновое

Третье послание Сармату

Убийство червя, затем
убийство червя, затем
убийство чевря, затем
убийство червя, затем
убийство червя, затем
убийство чревя, затем
убивст во чревея, затем
убить червивость, изначально
окончательно убеждая
вопреки сути навязчивости
в мутации итеративности сообщая
необходимость червя —
так разврат повторяет мораль
каждый день патологоанатомическим недочетом.

#текст #беловое

Свидетельствование меня

#текст #беловое

Проговаривание

(прим. опыты Анны Альчук и Елизаветы Мнацакановой для нас, например, и ценны, и созвучны)

#текст #беловое

***

Авангардист лицом лишь к
Другому
Внешним будучи остальным

#текст #беловое

АБСТРАКТНАЯ поэзия в духе тарелок, которые привезли Пашу Техника и Максима Синицына в Теремок, о чем они ностальгировали в треке Черная дыра, к Конору не ходи так это и бывает на самом деле

И я помню всё дерьмо: тот день и поход в "Теремок"
— Овсянкин, "маршрут 54, маршрут 3"

любовь лишь кусок вагины
мир лишь кусок ебанины
типа крутые легавые зафолдынили этих обрыгальцев
в мире нейрослопа БЛЯТЬ
я себя слопал
fuck the sun fuck its kind
Фаэтон, Фаэтон
Что ты построил
Что разрушил
Фаэтон, Фаэтон
Плавятся души
в солнечном огне
из калининградского янтаря бусы на ключицах твоей мамы, кстати
романтический отрывок был возможен из осознания трансценденции единства,
это абсурдное действие и жест веры —
отрывок принципиально невозможен как что-то не-единое
хотя, очевидно, жарко как на Татуине
несколько солнц русской культуры перегрели мозги туринской конине
и Бодлер это записал
припарковав свой состав в твоем депо
все эмоции как и солнца строятся ретроактивно как ядерные отходы
может быть из-за энергетических интуиций в мысли позапрошлого столетия
в общем-то все решается на месте
любая традиция как культ есть не более чем оправдание в вине, которая онтологически невозможна — кража идентичности
чучмек что-то спиздил у Жан-Жака Руссо
Соне Бойко передаем респект
Макс Плакин, не волнуйся, пылесос починили

Так что давайте нам кэшбэк, сучатки, ты для нас святее самой святой проститутки
Я знаю: твоя дурка лучшая, она золотая, но всё равно тебя уважаю, брат
Красиво зачитал
Андрей Лазаренко
Красавец
не пиздеж не балдеж а langage этот флоу, йоу

#текст #черновое

***

Может, если потолкаетесь,
не щелкая герметичной желтизной,
то эти вот мы и ноумены,
решите, что тоже ребята в принципе

(прим. оставим в такой редакции и переведем, тем не менее, в статус получернового с приглашением себя подумать в контексте принципиально (ли?) нового Путеводителя по Подольску)

#текст #беловое

***

Само по себе бескровно
и кровь такова не моя
В клетке фигу бесшовно
показываю для себя

А сердце мое полночно
то есть солнце нутрянка беда
Сердце мое оболочкой
пустого воздуха я вода

А сердце гоняет крови
поперек вопреки меня
И сколько же камер позволит
сколько петель кружит змея

Имя жизнь всей той перегонке
симультанна всем стенам всегда
В какой же стучащей комнатке
я та не я та я та

#текст #беловое

Цветник
— ...with his heart in the sand, so he stands to watch the whole wide world from a can.

Расклинивая таблички на заброшенной ярмарке,
тепло у костра костерка ничему,
положенному вещей, встречному погляжу,
у опечатанного котами нарисованных глазами нас.
Не славу ли шепчут Бог пойми где? А в подвале
Бог пойми где, в зябучей стыне
поросль из вещей, кучней, потеснее, развеет
каждый шаг. И ему говоримый,
это я, в ком-то я, говорю, опрозрачненый снег,
что микстура полыни осилит, снег проточный ангел,
и меня, и меня в тебе. Растения,
а весна начиналась с бесстрашного скорбного дня.
Читаешь себе: — Деточка, пепельница моя! —
но нет зубчатого поползновения в схизе двух —
я люблю тебя в любом, любой это как тебя или меня —
говоришь, припозднились подарки, и незримо кино,
а разнотравье — непредписанные сцены,
снятая нагота, вера, не стоящая веры,
что может быть сильнее цветка или
мечты, пережившей исполнение себя, будучи?
Глядит, качаясь в ферганском старичке-волне,
да поглядываешь, не наглядываешь, да проглядываешь,
пустячок. В будущем, что курей, говорят,
об облажённых доменах остановившимся, и настоящего
настойчивее без приключений, из двора лишь коты
в отчуждаемом частном росте
животного, сердца, сердец, и сердца сердец,
то есть письмовник оголубливает кровь языку —
зубчатое поползновение. Зубчатое поползновение. Нечего
вспомнить, и нечего верить ничему, ничему, не сейчас:
— разве не хороша — вечная жизнь — цветам?

#текст #архивное

Путеводитель по Подольску

22.04.24

(прим. укажем только, что эта публикация есть факт определенного объявления)

#текст #беловое

Граф знания

Пусть есть человек
и ему свойственно стремиться к знанию,

следовательно,
либо ему свойственно стремится к другому
и знание есть нечеловеческое в строгом смысле,
либо человеку свойственно стремится к себе,

в этом случае
либо стремление прибавочно для нулевого итога
и определяется как не-стремление,

либо человек не самотождественен
либо до итога,
либо перед итогом,

так или иначе человека отличает от человека знание, приводящее
либо к нечеловеческому,
либо к неопределенному множеству человека.

Свойственно ли нечеловеческое?

(прим. некоторый силлогизм в наивном духе Путеводителя по Подольску с ориентировкой на Проблему множества витализма)

#текст #беловое

Сценограф

Деревянные всадники в нашем саду, владыка,
исчезли, как дым влаги рассеялись по асфальту
гаражи, нерасподанное по народу содержание
рвется, охриплым ртом ливня, в котором
оставляет единственного тебя, владыка,
сцену терзаешь, от акварельного стекла
древнее нацарапано, в лаборатории Полтавской битвы
шнурки запутанные электропитания, спотыкаются
призраки вещей неспасенных для тебя, и сынку,
и пустошь всего лишь для дерева в смоляном дождевике,
и рыть, чтобы оцепененному в небо взмыть,
в памятнеющем центре в арке в отдалении смолить,
чтобы папа сиротку пеленал ребенка, и сынку, живя
в лаборатории Полтавской битвы, без сына, отца, мама, свет

#текст #беловое

Проксения

Шлем Мамбрина, его вереница, этот их караван,
горбатые бурдюки, сплетение прутьев, Горация фасция,
или попросту пятиконечный букет из единственной астры
в препарате живучей воды, зеленеющий нам
без состроенной суммы теней
на кусочках единственных стен
растождественный танец руки,
или попросту вовлекающий звук в тишину
неудачливый в повторении перекат, переклад,
что стоит нерешительно на ушах,
лишь готовясь к наступленности,
или попросту первосцена лица,
кем являются люди — из нас, Имярек не указ ему,
а призвание не дотлеть, точно сна пуповине, нержавеющий таз

(прим. любопытно, как это можно рассматривать как любовную лирику)

#текст #черновое

Второе послание Сармату

Я сильный,
но не мира сего —
я сильно от мира того

#текст #черновое

Первое послание Сармату

пока я говорю, что меня не стоит и знать,
отсталые говорят, что меня не стоит репрезентировать

#текст #беловое

Der Nichtskönig
…первые такты. Музыка впереди, / но она не начнется…

[…] ведь роенье в панцире — зовут же
меня. Они продолжают звать
зо-вут меня
ут ме-ня

По воде не той блещут серные дожди,
траектории многомирьев, безразличные лепестки
волны ли капли ли капли ли волны
послеконечна ли предвечна во рту ли
мы говорили ли не о лебедя‌х ли
у голубей глаза ли не божьи коровки
у меня ли не миндалины же не во ртути.

Оцепенение, очеведение цепи‌
оставление (я не смотрю) как хлопают крыльями воробьи

не птицам ли напоследок между нами и нами смеяться?

Ворона прыгает на снежном горбу
(я не помню, было ли
холодные самоцветы речи, просвет в слезе).

При расщеплении крови много нефти
всадник и бледные глаза
мир несется поверьте
зазоров парад из-за из-за […]

Земли на коленях стоят, и ладонями корней
роенье в панцире — зовут же
за током ток цветок припухший
и задувшийся назад. Ладонь колена,
колен ладоней, ноготки
разносят жилы
от золота, растертый нынче уголок
во рту ли.

Одной из семи ты будешь, о Мэри
на мочковатом ухе распустился весел
смех, о птенчик, смех о незабудке

Небо блещет что снаружи, что внутри
утра‌ преломление
заботой от излучения.

Там, где ты видела моих рыб,
серный дух из костлявых глыб
первый несет.

С колен на ладонь
снежным горбом воро‌н
ртутные прииски
смеха прыски
за слепком слепок цепочка
разносится щуп миндаля

циклон, о золото, чтобы циклон был длинным.

#текст #беловое

Сашке

в Ясенево
я синева

#текст #беловое

***

роботы может хочет соразмерно миру
просто мы не имеют смысла почти ни на что

#текст #архивное

Последний подольский лепесток

и до нашего города доходило
падение дней скорее,
здесь цветы встрепенулись спиною
средь окинутых этих равнин.
одичавшие васильки,
не вы ли венчали
голову покинувшего светила?
куда же поплыли вы,
оставив мгновением осени
эту луну,
оказавшуюся отражением здесь одним?
мы проснулись от наших забот,
чтобы к свету вновь обратиться,
богам не обнаружили зеркала
и держали в отчаянье свои лица.
здесь, на вершине,
за солнечными столпами,
где ветры поют непрерывно,
здесь, на холме,
где оставались мы навсегда
за креслом этим,
воцаряешься ты,
нарекаешься Спящим
над миром твоим.
тебе имени больше не будет,
хоть и я так искала его.
истончается дух твой всецелый
паутиною серебра,
рыболовною сетью
полетит он над многими нами,
облачится узором судьбы,
но сиянием,
тайным от мира,
тебе не светиться теперь
в этом доме твоём.
мы хранили его,
как убегающая Пахра
бесследные руки твои.
убегает она, точно кровь
этой ветки
бессонного лепестка,
для тебя неприступного более
среди ветреной тишины
во мгновении осени.

23.04.23

(прим. о сходстве этого текста и предыдущего предлагаем судить читателя самостоятельно)
(прим. это нт в коем случае не Седьмой, Восьмой, N-тый подольский лепесток — между Шестым и Последним пролегает неопределенное множество лепестков, составляющее Подольскую эпопею в этом модусе письма)
(прим. если хоть в какой-то мере к Подольское эпопее применимо различение канон/апокриф, то это текст явно апокрифический)