#текст

Форточка на солнечный колодец

"Форточка на солнечный колодец"

Я отвергается, как и любая ненависть,
и любовь спасает тебя даже
в самых злокозненных приключениях тебя,
ты, изрыгающий твой язык
полной земляного пепла
в свет.
Я наносит клеймом на время.
Я -- это объяснение ничему,
и ты превосходно припоминаешь
это, злопамятный друг меня, ты.

Лебеди мертвы.

Этот дивный торгаш,
и его близнец торгаш,
и его близнец торгаш,
и его близнец торгаш,
и даже их знаменательный близнец торгаш тоже проливает свой труп до зари.
Приходит
занимать единое у нуля.

Дыра тоже в процентах.

А ведь есть и одна такая вот, нет ли,
одна вот эта вот та, всегда
считалка во языцех и титло.
Просто есть, и на этом всё.

Вас интересовали.
Вас по долгу службы, так сказать, вынуждали
значить.
Есть сочетание обстоятельств,
нередуцируемый сингулярный тиннитус:
а/ взять у земли,
а/ взять у земли,
а/ нету листвы,
а/ нету зимы,
а/ комья земли,
а/ комья снегов,
а/ снега копье,
а/ копья листвы,
а/ лиственный жар,
а/ жар у земли,
а/ ком на копье,
а/ копье берет
а/ отдать земле
а/ земле тепло
а/ тепло светил
а/ светил темно
а/ темно земли
а/ земли красно
а/ красно красно
а/ листвы красно
/психический крест на поломке: ЛЕБЕДИ МЕРТВЫ/
я/ верни

Возможно обнажать только зубы.

Красное свечение темноты есть долг перед землей,
и любовь спасает даже самую злую казну, ты,
самый чудотворный и тригональный корунд
и хромоногий зрец,
пристрастна.
Ржавые скрепки крови, и в крапинку бумага листвы,
и пр., и пр., прочая.

Лебеди мертвы -- ЗАЯВКА БЫЛА ТАКОВА

/поделиться с ней тем, как летал снаружи нее/

Ночная песенка была: пена, плена, пелена. Пыль стискивает рододендроны. Остается воспринимать, как чернильная почка, как блестящий камень. Собака на газетах, в той самой мертвой траве, до последней соломинки. Карманник. Шарманщик. Выпуски из шкафа. Пухлые меха, кольцо в мокром снеге, где-то там. Горький платок от клуба дыма. Колкие нимбы от столба до столба. Мозаика отчеканенных дней. Рыжая пыль в черных прутьях. Запекшаяся тень. Прыгают вороны по ним, старые перья. Парадное биение листков, одежки из ваты. Пустые рыбьи глаза, махорка-бабочка меж двух створок. Трубу прорывает звон. На тресках и гнили, кромкой опадает портовый город. Лучевая. Скуловая. Там стена, там мы царапаем ноготком.