Диана Сеттерфилд
«Тринадцатая сказка»

«Тринадцатую сказку», по моим ощущениям, все читали лет десять назад (роман вышел в 2006-м году, а фильм в 2013-м). Но если вы, как и я, тогда ее пропустили, смело берите с собой в отпуск этим летом. Я вот взяла и не пожалела.

«Тринадцатая сказка» — образцовая жанровая проза, не скрывающая своих корней. Книга пропитана реминисценциями на сестер Бронте («Грозовой перевал» подарил истории атмосферу, а «Джен Эйр» и вовсе вписана в сюжет), Томаса Харди (не актера, а автора «Тэсс из рода Д’Эрбервиллей»), раннего Эдгара По и Дафну дю Морье («Ребекку» Сеттерфилд не упоминает, но ее влияние на фабулу сложно переоценить).

В этом, пожалуй, состоит одно из двух главных достоинств книги, обеспечивших ей популярность, — классический сюжет в духе длинных английских романов со всеми знакомыми с детства атрибутами: старинным замком, оленьим парком, родовым проклятием, мрачными семейными тайными (триггер: инцест), молчаливыми слугами, замковым привидением и грозным пожаром.

История развивается (правильнее сказать — рассказывается) неспешно и строго линейно, поэтому загадки сохранятся почти до финала, а подсказки придется вылавливать в тексте самостоятельно (впрочем, их много, и они довольно прозрачные).

Второе достоинство книги, которое, собственно, превращает ее из совсем уж проходной стилизации в идеальный «отпускной» роман — тема чтения и читателя. «Тринадцатая сказка» — это текст о жизни текста, о месте текста в жизни и о перерождении жизни в текст, а текста в жизнь. Это история о любви к историям. Признание в любви художественной литературе. Да, местами наивное, да, в целом весьма вторичное, но очень нежное и глубоко искреннее.

Читать: Почему бы и нет?
Язык перевода: хороший.
Язык оригинала (английский): не проверяла.

Экранизация: ВВС, 2013 с Оливией Коулман и Ванессой Рэдгрейв в главных ролях.

#bookreviews