Ограничение права силы в мире realpolitik
#геостратегия
По итогам Первой мировой войны в мире утвердились романтические и противоречивые геополитические принципы, связываемые с именем Вудро Вильсона: право наций на самоопределение и нерушимость границ. Ключевым критерием принятия решения о главенстве подходов был закон и его толкование в отношении данного конкретного случая. Изменение границ и/или создание новых государств происходило на основе консенсуса / спора больших игроков или позиции гегемона.

По мере распада глобального миропорядка, ключевой становится парадигма realpolitik, при которой важнейшим становится право силы, т.е. способность захватить / защитить и удержать территорию. Ключевыми принципами должны стать дополняющие друг друга: право нации на зону влияния / территорию экспансии и право [побежденной] нации на сохранение культурной автономии. Первое определяется наличием силы, второе ограничивает возможность злоупотребления ею.

Без введения второго, ограничивающего принципа, этноциды, культурная дискриминация и геноциды станут привычным делом. Утрата независимости / переход в другое государство не должен приводить к уничтожению культуры побежденного народа, необходимо обеспечение её сохранности и воспроизводства. Нарушение данного принципа должно рассматриваться в качестве обоснования для вмешательства третьих сил, при этом необходимо на наднациональном уровне прописать универсальные принципы, формы и права культуры, что являются обязательными.

В отличие от мультикультурной «Европейской хартии региональных языков» (1992 год), необходимо расширение до всей культуры и традиций, изменение пороговых значений (не менее 20%-30% для региона внутри / всей страны, а не 2%-10%) и только в отношении регионов, где данный народ проживает исторически (не менее 150-200 лет). Обязательно должны быть оговорки, что табу и прямые запреты основной культуры имеют приоритет, например, запрет на многожёнство. Подобные ограничения не позволят злоупотреблять правом мигрантам и меньшинствам.

Рассматривая будущий миропорядок в ближайшие десятилетия, было бы ошибочно сводить все только к мощи и силе, в качестве вторичных, дополнительных аргументов легитимации будут выступать:
▪️согласие, подкуп элит и населения присоединяемых территорий;
▪️видимость, формальное соблюдение законов;
▪️соответствие прецедентам / аналогам;
▪️наличие исторических обоснованных претензий;
▪️благоприятный информационный фон.

Без наличия силы, даже суммы всех вторичных критериев не хватит для обеспечения нужного решения, но они сделают изменение границ / присоединение территорий более весомым. Для примера, воссоединение Крыма проходило с учетом всех вторичных факторов, параллельно создавая прецедент для Новороссии. С последней вышло грубее: много населения уехало от военных действий на момент референдумов, информационное обеспечение было слабее, решение принималось не избранным ещё по украинским законам парламентом, но ключевой фактор – сила, позволяет не стремиться к совершенству. Согласно принципам realpolitik Россия была в своём праве.

И, да, ни о каком «священном праве собственности нации» на территории / активы речи не идёт, но дух нации должен быть волен и свободен - знакомые принципы в применении к человеку…))

Англоязычная версия(eng)