Музей ГАСТЕВА, 1

Экскурсия по нулевому уровню музея от основателя Творческого сообщества МИРА Дмитрия Разумова.

И снова кадры со стройки! Уже проявляется нулевой уровень музея. Здесь будут чайная, лекторий с цифровым архивом и библиотекой и музей труда (инструментов и всяческих приспособ).

Пока мы немного в отпуске, а также готовим к печати (наконец!) книгу, стройка идет невероятными темпами.
Гастев бы оценил с точки зрения эстетики сетки и каркас, и нам тоже очень нравится!

Врач, физиолог Крикор Кекчеев начал работу в ЦИТе в 1921 году, где возглавил Психофизиологическое отделение. На тот момент ему было 28 лет, но интерес к опытному изучению рабочих движений сформировался у него гораздо раньше. В 1916 году он работал ассистентом у биолога и химика Виктора Анри в физиологическом отделении Института труда Общества Московского научного института. В 1919 году он организовал Физиологическую лабораторию в Главной военной школе физического образования, где уже практиковал метод циклограмм для записи рабочих и спортивных движений. С 1921 года работал в Московском психофизиологическом институте, где вместе с фотографом, директором Института научной съёмки Николаем Тихоновым основал передвижную лабораторию. Они разрабатывали циклографический метод, совершенствуя способ Гилбрета. На тот момент изучение трудовых движений было уже широко распространено — в основном, для обучения рабочих, интенсификации производства и профессионального отбора. В России этим еще до революции занимался Иван Сеченов, выпустивший в 1901 «Очерк рабочих движений человека».
Одной из задач, которую сформулировал Кекчеев, была «выработка рационально построенного движения для данного элемента работы». Исследования в ЦИТе он продолжил с Николаем Тихоновым и с физиологом Николаем Бернштейном. Вскоре видение целей исследований у них разошлись — Бернштейн не поддерживал гастевскую концепцию «узкой базы», для которой досконально исследовалось какое-либо одно движение — опиловка напильником, рубка зубилом, удар молотком. К 1923 году Крикор Кекчеев сконцентрировался на «совершенствовании и экономизации движений» с точки зрения расходования энергии. После постановки правильного, точного движения (нормали), определялся необходимый  ритм. Кроме того, он занимался вопросами умственного труда, гигиеной труда и проблемой утомляемости; до 1926 года разрабатывал в ЦИТе функциональную диагностику, изучал газообмен и биохимию.

Поздравляем коллег с выходом большого сборника статей, посвященного очень близким нам темам, под названием «The European Avant-Garde(s) and Technologies: Unfinished Modernity and the Idea of Tékhnē—the One Hundred Years’ Revolution, 1850–1950».
Авторы рассматривают технологии и технику как новую философию творчества авангарда. Особое внимание в сборнике уделяется тому, как художники и мыслители Франции, России, Германии, Италии и Великобритании конца 19 — первой половины 20 века по-разному осмысляли индустриальную эпоху — от восторга перед машиной до иронии и критики в ее адрес. Среди ключевых фигур книги — Малевич, Татлин, Хлебников, Мейерхольд, Маринетти, Дюшан, Гропиус и другие.
Вот содержание:
Глава 1. Принятие технологий авангардом: содержание и противоречия
Глава 2. Транснациональные картографии: основные страны авангардного экспериментирования
Глава 3. Эстетические трансфигурации: 1850–1950
Глава 4. Поджоли и Хабермас: незавершённые проекты
Глава 5. Юмор, ирония и машина
Глава 6. Приём Шкловского: остранение как метод
Глава 7. Поэтика машины: Хлебников и Татлин
Глава 8. Механизированные тела: Мейерхольд и Гастев
Редактор и составитель сборника профессор Деннис Иоффе (профессор русистики, доцент Свободного университета Брюсселя) пишет:

Проект посвящён исследованию того, как европейские авангардные движения трансформировали технологическую модерность периода 1850–1950 годов и одновременно сами были ею преобразованы.
Нам удалось объединить по-настоящему представительное созвездие исследователей, представляющих три поколения изучения авангарда. Среди них — признанные классики этой области, такие как Джон Боулт, Кристина Лоддер, Александр Жолковский, Михаэла Бёмиг и покойный Виллем Вестстейн; выдающиеся представители среднего и старшего поколения исследователей, включая моих близких коллег Сашу Брю, Сергея Ушакина и Корнелию Ичин; а также молодых учёных нового поколения — Эмму Симмонс, Александроса Протопаппаса и Анастасию Арефьеву. Вместе со многими другими глубоко уважаемыми коллегами они создали том объёмом 590 страниц, включающий 26 фундаментальных научных статей.
Издание объединяет междисциплинарные исследования искусства, науки, архитектуры, литературы, театра, кино и дизайна. В центре его концепции находится новое осмысление понятия tékhnē — не просто как технического мастерства, но как формы творческого и научного знания, материального экспериментирования и революционной политической практики.

Тут ссылка на описание книги (часть статей доступна онлайн).

Новаторский подход при создании ЦИТа как научно-исследовательского института состоял в соединении производственной части — слесарных и монтажных цехов при институте, а также опытных станций — с научными лабораториями.
Структура лабораторий была подвижной и в первые годы работы института сильно изменялась. В 1921 году исследования психофизиологии труда дробились на два направления: психологическое и психотехническое. Оба направления входили в Психо-Физиологический отдел, которым заведовал физиолог Крикор Кекчеев. Психологическое направление курировал профессор Борис Северный (консультант Георгий Челпанов) из Экспериментального института живого труда. В этом подотделе работал ассистентом Сергей Кравков.
Исаак Шпильрейн, лингвист, психолог, основатель советской психотехники, руководил публичной психотехнической лабораторией.
Кроме того, ЦИТ имел рабочие контакты с физиологами, инженерами врачами, психологами из Отдела психофизиологии труда Московского государственного психоневрологического института и Лаборатории по изучению движений Экспериментального института фотографии и фотехники при Фото-кино-отделении Наркомпроса в Москве.
В журнале «Организация труда» № 2 за 1921 год Алексей Гастев сообщал о программе психо-физиологического отдела, в которую входили:

Разработка программы психо-технических опытов (перевод и реферирование литературы, разработка анкеты Липмана [опросника немецкого психолога Отто Липмана, на основе которого собирают данные о психологических и профессиональных свойствах человека], оборудование публичной-психотехнической лаборатории), выработка программы психо-физиологической экспертизы для фабричного врача, исследование пригодности лётному делу; из научных исследований психофизиологии, намечены в числе прочих: качественный анализ физической работы, анализ умственной работы изучение процесса автоматической работы, обследование работ текстильщиков, подготовка работ по исследованию металлистов.

Неизвестный фотограф. Центральный институт труда. Середина 1920-х. МИРА коллекция

С рубежа 19–20 веков, после публикации новых исследований о восприятии цвета, в художественных учебных заведениях вопросы физиологии и оптики стали важной частью учебных программ. Важную роль в этом сыграли публикации немецкого ученого Вильгельма Оствальда, чья книга «Farbkunde» («Цветоведение») 1923 года была переведена на русский в 1926-м.
Исследования восприятия цвета велись Казимиром Малевичем в УНОВИСЕ (Витебск), а затем в ГИНХУКе (Ленинград), Михаилом Матюшиным в Отделе органической культуры ГИНХУКа, Василием Кандинским в Москве (в Свободных мастерских — СГХМ, ставших ВХУТЕМАСом) и затем в Германии — в Баухаусе. Там же, в Баухаусе, теорией цвета занимался Иоханнес Иттен.
«Цвет» как пропедевтическая дисциплина входил в программу Основного отделения ВХУТЕМАСа и был разделен на восемь направлений (восприятие цвета и формы в пространстве, в движении и т.п.), которые вели художники Любовь Попова и Александр Веснин, Александр Осмёркин, Александра Экстер, Иван Клюн, Александр Родченко, Александр Древин, Надежда Удальцова, Владимир Баранов-Россине. Справиться с этим разнообразием программ и подходов студентам было непросто, что послужило поводом для пантомимы сестер Чичаговых «Хождение по мукам вхутемаски» (1921).
В итоге в начале 1924 года Владимир Фаворский разработал новую систему обучения. Программа теперь делилась на практические занятия живописью (их вели Константин Истомин и Александр Лабас) и теоретические занятия физика Николая Фёдорова и психофизиолога Сергея Кравкова (в 1921 году Кравков был ассистентом психо-физиологического отдела ЦИТа).
Практические занятия к их лекциям вел Густав Клуцис: студенты выполняли упражнения на отношения цветов, восприятие цвета в пространстве, в нейтральной или цветной среде, что было близко программе Матюшина. Задания эти до сих пор актуальны в художественных вузах.
Листы неизвестного автора из МИРА коллекции могли принадлежать студенту Густава Клуциса, но печатные подписи указывают на то, что, скорее всего, они служили методическими пособиями для студентов.

К началу 1930-х изобретательство, конструирование, радиолюбительство захватило детей и подростков. Школы «прикреплялись» к заводам, колхозам и совхозам, электростанциям, организовывались кружки, бригады, детские техстанции, проходили уроки и выставки. Техкружки часто переходили от ученической работы к реальной: школьники создавали пионерские электростанции, ветросиловые установки и многое другое. 

В «Альбоме моделей и самоделок» из МИРА коллекции предлагается для «пропаганды техники» делать технические выставки-передвижки. Они должны включать модели двигателей и машин (электромотор, ветродвигатель, паровая машина, летающая модель самолета), плакаты и схемы к ним, плакаты и диаграммы по электрификации, машинизации сельского хозяйства и пятилетке. Такую выставку-передвижку Московский Институт методов внешкольной работы (Институт политехнического труда) уместил в небольшом ящике: так один взрослый или двое подростков могли легко переносить ее с места на место. 

Авторы альбома предлагали сделать для выставки-ящика следующее.
Модели:
1. Электромотор. 2. Динамо. 3. Паровая машина. 4. Вингротор. 5. Паровая турбина (геронов шар). 6. Летающий пропеллер («муха»). 7. Летающая модель самолета. 8. Модели водяных двигателей. 
Аппараты, приборы, приспособления
1. Радиопередвижка в чемодане. 2. Комплект меккано. 3. Элементы. 4. Спиртовая горелка. Бутылка со спиртом. Вата. 5. Инструменты: отвертка, молоток, клещи, кусачки, ножевка.
Плакаты, схемы, диаграммы
1. Карта СССР. Флажки из разноцветной бумаги и тонкой разноцветной тесьмы. 2. Черная клеенка для писания на ней мелом. 3. Плакаты: как устроены трактор, автомобиль, ветряк, схема электропроводки и т.п. 4. Планы-схемы: Днепрострой и Днепрокомбинат, Урало-Кузбасс и т.п. 5. Фотомонтажный плакат: «Наука и техника в сельском хозяйстве». 6. Двигающиеся схемы паровой машины, двигателя внутреннего сгорания и т.п.

С. Постников, Л. Искров. Альбом моделей и самоделок. М.: Молодая гвардия. 1931. МИРА коллекция