После написания своего текста про Пассионарную партию сел перечитывать "Этногенез и биосферу Земли" Льва нашего Николаевича — труд, к которому я регулярно возвращаюсь и каждый раз поражаюсь величию философской (но, конечно, не исторической) его мысли. Традиционно, русским Ницше, у нас называют византийца Константина Леонтьева, но он был чистым консерватором, без намёка на революционность. В то же время Ницше был революционером, хотя отнюдь не левым.

В этом смысле, Гумилёв младший гораздо ближе к ницшеанскому пониманию мира, которое у русского историка было "консервативно-революционным". Если обезьяна создана чтобы человеку было стыдно, а сверхчеловек — тоже самое должен испытывать по отношению к человеку, то пассионарий — фигура на подобии Homo habilis, новая популяция или переходный вид от человека к его сверх.

В этом смысле Гумилёв дополняет ницшеанство. Почему Уберменш до сих пор так и не пришёл в наш мир? Потому что обличённые неукротимой Волей к власти пассионарии неизбежно погибают в войнах и революциях, а после ещё и добивают друг друга в процессе делёжки награды, что и не даёт им полноценно эволюционировать. Самое большое, что выходит у малой части выживших — оставить потомство и тогда из этого выходит аристократия, но потомки таких людей неизбежно вынуждены смешиваться с субпассионариями (потому что больше не с кем) и в итоге размываться в генофонде.

В таком случае, любой организации, которая считает пассионарность и развитие человечества до его новых форм ценностью должна задуматься над решением проблемы выживаемости героев, несмотря на то, что сами они испытывают импульс к смерти и желание истреблять себе подобных.