Кадры решают.

Прерву поток постов про «Оставленных» возгласом «Почему я ничего не слышала про этот шедевр раньше?»

Посмотрела вчера «Европу» (1991) Ларса фон Триера — и это просто ошеломляющее кино. Визуальная часть поразительно прекрасна: изощренное использование рирпроекций, фрагменты цвета в черно-белом изображении, бьющие под дых образы. И тема с атмосферой попадают сейчас в меня очень сильно: послевоенная Германия 45-го и стилистика нуара. А финал Триер как будто подсмотрел в моих (всеобщих?) кошмарах.

Понимаю, что эта рекомендация противоречит праздничному контексту, но промолчать об этом фильме невозможно.

Отсылки к Диккенсу

Дело в «Оставленных» происходит под Рождество. И само время действия, и ее герой — замкнутый ворчливый мужчина, чей расцвет молодости уже миновал, вызывают в памяти классическую историю, написанную человеком, изобревшим то Рождество, каким мы его сейчас знаем — Чарльзом Диккенсом.

«Оставленные» — это почти что диккенсовская «Рождественская песнь» (с которой в исполнении хора юношей и начинается фильм), где вместо злобного одинокого скряги Эбензара Скруджа из Англии середины 19-го века — злобный одинокий преподаватель античности Пол Ханэм из Америки начала 70-х. И так же, как дядюшка Скрудж в финале Пол изменится, оттает, вернув себе когда-то присущую ему человечность и доброту.

А три основных персонажа в «Оставленных» — почти как три духа Святок из «Рождественской песни», которые указывают главному герою на то, что по настоящему ценно в жизни.

Ангус напоминает Полу самого себя в юности, когда он не успел еще окуклиться в своей апатии, умел мечтать и чувствовать. Эти герои действительно родственные души: оба интеллектуально превосходят свое окружение, обладают классным чувством юмора и язвительностью, а еще они оба чувствительны, эмоциональны, вспыльчивы и задиристы. Их общность даже подчеркнута сценами, где они поочередно передразнивают друг друга.

Лидия, секретарша декана, испытывающая вопреки всему симпатию к вредному коллеге и пригласившая его на домашнюю вечеринку, воплощает веселье, оживленность и дружелюбие Рождества.

Мэри, повар Бартона, полгода назад потерявшая сына на вьетнамской войне, оттеняет своим подлинным горем и вопреки всему нежеланием сдаваться и замыкаться в нем, вздорную угрюмость Пола, чьим обидам сто лет в обед.

Контакт с этими людьми растапливает холодность Пола, которой он защищался от всего мира после несправедливости, перенесенной им в Гарварде.

Не лайков ради, а праздничного контента для, запощу небольшой разбор одного из лучших недавних рождественских фильмов — «Оставленные» Александра Пэйна (со спойлерами). Знаю, что многие его любят, если что, дополняйте меня в комментах.

Пара слов о фабуле

История «Оставленных» следует известному тропу «от врагов к друзьям»: Пол Ханэм, придирчивый и принципиальный преподаватель в частном колледже, заноза в заднице всех студентов и даже декана, мечтает провести рождественские каникулы, напиваясь (что он впрочем делает и в те дни, когда ведет занятия) и читая детективы в своей комнате в кампусе. Но ему навязывают присмотр за Ангусом, ершистым язвительным подростком, которого родители не забрали домой.

За две недели Пол узнает Ангуса, превращается из надзирателя в друга, а затем жертвует карьерой ради спасения мальчика от наказания.

Этот год ощущается переворотным как минимум в моих отношениях с кино, а как максимум, в отношениях с жизнью и всем миром.

Этот самый поворот случился, когда я в начале 2025-го решилась пойти учиться в киношколу. И еще посреди года я довернула (уж чтоб наверняка), когда отчислившись из одной школы, перепоступила в другую. Оба решения, парадоксально, выглядят из сегодня абсолютно верными.

Что же поменялось? Да все. Сместилась точка взгляда и все выглядит иначе. Никогда не смотрела немое кино — теперь люблю его. Предпочитала фильмы с идеальной драматургией — сейчас понимаю, что кино должно работать в первую очередь на уровне изображения. Нарциссично считала, что зритель — главный, но теперь дошло, что нет, иначе мы бы так и не вышли из аттракционной эпохи кино и до сих пор смотрели бы сплошные рилсы.

Да и вся жизнь и мир теперь выглядят для меня интереснее, многообразнее, глубже и красивее. Кажется, от этого я даже стала добрее 😯

Поэтому, выучив урок из этого года, хочу пожелать самой себе смелости в следующем году. Смелость — она не только в прямом преодолении страхов, а в том, чтобы не зависнуть в разочарованности, тоске, скуке, обыденности.

И мне все ещё страшно, что же будет дальше, но 2025-й показывает, что нужно делать шаг, даже если вся инерция мира тянет тебя оставаться там, где ты есть.

А уж шагнув, там, в новой точке — разберемся.

С Новым годом! 🎇🕰🎇

Лучшее, что вы видели за 2025

В чате канала возникла отличная идея поделиться самыми впечатлившими фильмами/сериалами, просмотренными в этом году (если любите пообсуждать кино, присоединяйтесь).

Так что, давайте соберем в комментариях к этому посту все, что вам полюбилось в 2025. Заодно пополним свой список к просмотру на каникулы.

Правда, мое впечатлившее никто не будет смотреть (а зря), но я все равно поделюсь 😅

💥 «Менильмонтан» — для меня лучший фильм немого периода (если не вообще всей истории кино). Городские съемки летящей камерой (это в 1924-м!), эротическая сцена с полной наготой (это все еще в 1924-м, да), невероятный монтаж, лучшая разрывающая сердце, но без мелодраматичности, сцена и самая киногеничная актриса всех времен и народов (Надя Сибирская).

🔸 «Месье Кляйн» — фильм, который наконец-то объяснил мне, что такое экзистенциальное кино. Последний кадр — мое самое сильное впечатление такого рода, пожалуй, за всю жизнь. Ну и любимый Делон, конечно.

💥 «Камилла Клодель, 1915» — в списке за то, что он провел меня от начального «этот фильм невозможно смотреть, выключите его немедленно» до «какое тонкое, чуткое кино, люблю в нем каждый кадр».

Делитесь теперь своим 💫

Или вот ещё — Барби, которую мы заслужили

«Поездка Париж — Монте-Карло за два часа», 1905, Жорж Мельес

Не понимаю, почему до нас не дошли мемы с кадрами из Мельесовских фильмов

«Колдунья Карабос, или Роковой кинжал», 1906, Жорж Мельес