Кадры решают.

Геометрически выстроенные пространства с ровными линиями, симметрия в кадре, гладкие однородные поверхности, широкоформатный кадр, охватывающий максимум помещения (фото 1-5) — все это понравилось и запомнилось еще в первый просмотр фильма. Но я не придала этому какого-то специального значения, ну вот просто дирижеры существуют в таких пространствах, и все.

Сейчас же этот визуал я восприняла как говорящий и спросила себя, о чем он рассказывает? Выверенность, просчитанность, геометрия, отсутствие вариативности и хаоса, широкий охват — ну это же все про контроль. И тут все соединилось: и ОКРные ритуалы героини, и хвалебная речь, которую ее помощница беззвучно проговаривает, пока та звучит со сцены, и костюмы на заказ, и ровные ряды партитур, и наборы одинаковых карандашей, и правка Википедии, ну и вообще, сама профессия Тар — дирижер, «управитель времени» и огромного оркестра. Все это части единой системы, в которую героиня упаковала свою жизнь, отрегулировав и направив все в нужном ей направлении, чтобы «прибыть в конечную точку в точно рассчитанное время».

И тут получает объяснение сцена у соседки, где Тар приходится помочь женщине-инвалиду, после которой Лидия остервенело отмывается у себя в квартире (фото 6). Ужас героини вызван столкновением с кем-то, кто полностью утратил контроль над жизнью и даже над собственным телом. И это страшнейший кошмар Тар.

Чтобы не быть голословной и привести пример к прошлому посту, расскажу про то, что я не разглядела в прошлый раз в «Тар» и разглядела сейчас, потому что обратила внимание на визуальный способ рассказывания истории.

Смотрите два поста ниже.

А тут просто горячая во всех смыслах отсылка постера «Тар» к фотогравюре Ман Рея «Ли Миллер (Ожерелье)», 1929 года

Прогресс есть? А если найду?

На днях обсуждали на киношкольном семинаре фильм «Тар». А пару лет назад этот же фильм я обсуждала на киноклубе. Хороший повод, чтобы задуматься о своем прогрессе в понимании кино.

(Кстати, я бы очень хотела почитать такое от киноблогеров, киноведов или просто киноманов: как шел прогресс в понимании фильмов, по каким шагам и стадиям. А то читаешь рецензии, посты или комментарии, и такое ощущение, что все родились с защищенной кандидатской по киноведению, и только я, один такой глупыш, барахтаюсь в ускользающих смыслах)

Когда я переслушала киноклубное обсуждение (я тогда — «ой, мне так нравится монтаж», я сейчас — «ахаха, что ты несешь»), было ощущение, что прогресс небольшой, хотя несколько шагов на этом пути я сделала. Хочется верить, что отчасти это объясняется неоднозначностью и сложностью фильма (а не моей тупостью), потому что режиссер, верю, намеренно, оставил зрителю мало очевидных подсказок, так же как и Малер в своей Пятой симфонии не счел нужным пояснять, как ее интерпретировать дирижеру.

С другой стороны я вижу все больше подтверждений тому, что искусство — вообще очень сложно интерпретируемая штука (и зачем тогда становиться киноведом, спрашивается?! судя по зарплатам, исключительно для личного удовольствия). Потому что оно работает на разных уровнях, да и разные люди могут извлечь разные смыслы разной глубины исходя из уровня погружения в предмет, личного опыта и, в конце концов, вкуса.

Но чтобы дать какую-то конкретику про свой прогресс, расскажу все-таки про несколько аксиом, которые есть у меня сейчас, но не было ещё два года назад. Они помогают очертить хоть какие-то контуры и дают возможность оттолкнуться от них в анализе фильма (хотя они и кажутся кэповскими):

🔵Любая сцена, диалог, деталь, образ — в фильме не просто так. Процитирую тут тьютора из киношколы, объясняющей нам, как писать эссе о фильме: «одна минута экранного времени стоит миллионы, поэтому режиссер включает что-либо в фильм только по конкретной художественной причине».

🔵С другой стороны, все то, что есть фильме — уже необходимое и достаточное. Если в «Летят журавли» Вероника считает, что она изменщица, не надо уходить в сторону того, что она жертва изнасилования, хоть она ей и является по современным представлениям. Но относится она к произошедшему в мире фильма по-другому и именно этот ее внутренний конфликт мы и должны анализировать.

🔵С первым пунктом о важности каждой детали перекликается знание о наличии общей темы в фильме, которым я прониклась, читая учебники по драматургии. Всегда есть какая-то одна главная тема и она исследуется авторами на разных уровнях фильма. Так что, не можешь понять, о чем фильм, ищи общую ниточку, которая объединит события истории.

🔵Еще одно, что я вынесла из лекций по истории кино — это то, что способ визуального повествования значим не меньше, чем сюжет! Он поддерживает тему и смыслы фильма. Визуал и история должны подкреплять друг друга, сплетаться воедино, и способ визуального представления сюжета может дать подсказку для трактовки сцены, например.

🔵Ну и главное понимание за последний год — как избавиться от снобизма любого рода: «я не смотрю черно-белое кино, оно устарело», «я не смотрю жанровое кино, оно примитивное», «я не смотрю арт-хаус, он занудный», иногда все это сразу 😅 Надо смотреть кучу разного кино, делая усилие и переступая через свои стереотипы. Это очень обогащает восприятие и выращивает настоящую любовь к кино, которая безусловна, как любая настоящая любовь.

Просто очень #красивое: Луиза Брукс в фильме Георга Вильгельма Пабста «Ящик Пандоры» (1929). Завораживает живость и выразительность лица актрисы и под стать ему такой разный и переменчивый свет, то мерцающий, то нуарно-контрастный, то мягкий с полутенями и бликами в ее глазах.

Флэпперы как кинообраз

Флэпперы — это эмансипированные девушки 1920-х, яркий образ, знакомый нам по «Великому Гэтсби» или «Полночи в Париже» (фото 2).

Вот это все они: короткая стрижка, повязка на лбу, юбка не до пола, а, о ужас, всего чуть ниже колена, сигарета и стаканчик виски в руках, неприкрытый флирт напропалую. В общем, первое поколение девушек, которое позволило себе жить в свое удовольствие.

Этот один из самых запоминающихся женских образов 20-го века, оказывается, популяризировало кино. В 1919 году вышел фильм The Flapper с Оливией Томас (фото 1 и 3), где шестнадцатилетняя школьница сбегает на балы, выдавая себя за взрослую, пробует курить, впервые пудрится и красит губы помадой, обвешивается драгоценностями и меняет наряды, а также попадает в прочие неприятности. Фильм и актриса совершенно очаровательные, кстати, рекомендую посмотреть, если вы не чураетесь немого кино.

А ещё мне нравится думать, что Квентин Тарантино вдохновлялся одной из самых известных кинофлэпперок — Колин Мур — при создании образа героини Умы Турман из «Криминального чтива» (фото 4). Хотя это не то чтобы очень вероятно, потому что фильм «Счастье впереди», откуда этот кадр с лежащей на кровати Мур, считается утраченным и от него остался только трейлер. Но в любом случае, забавное пересечение.