Согласимся с @klaskouski, что отставка правительства в том числе была обусловлена подозрениями в возможной нелояльности Сергея Румаса, с которым последние месяцы Кремль вел по сути сепаратные переговоры. Это происходит не в первый раз, так было и в 2010 году.

Глава государства пытается действовать на опережение, чтобы предотвратить один из сценариев, который был разработан в Москве еще под выборы 2010 года.

Согласно этому сценарию, Кремль с помощью спецслужб планировал спровоцировать социально-политическую нестабильность, не признать итоги президентских выборов, а легитимным руководством считать премьер-министра, которого “восставшие” должны были выбрать в качестве нового лидера в “правительство народного единства”. В то же время широкая общественность, включая ряд оппозиционных фигур должна была выступить с просьбой к Владимиру Владимировичу Путину ввести российские войска в Беларусь для прекращения “геноцида граждан Союзного государства”, развязанного "кровавым диктаторским режимом Лукашенко". 

Москва отказалась от реализации этого сценария за неделю до выборов, когда смогла вынудить Лукашенко подписать пакет документов по Таможенному союзу.

Сейчас на столе лежит пакет дорожных карт по углублению интеграции в рамках Союзного государства. Хоть Лукашенко отказался принимать интеграционный ультиматум Кремля, Москва этот вопрос с повестки дня снимать  не собирается. Однако на этот раз даже подписание этих документов не спасёт Лукашенко и Беларусь от прямого вмешательства России. Маятник раскачки уже запущен, поэтому чем больше будет противоречий в риторике и действиях (по линии суверенитет - интеграция, читай слив под Кремль), тем лучше для раскачки ситуации.

Последние несколько лет Кремль реализовывал в отношении Беларуси такую же политику, что и в отношении Украины в 2012 - 2013 гг. Как все помнят, даже отказ украинского президента Виктора Януковича подписывать Договор об ассоциации с ЕС в ноябре 2013 года и его согласие на российские условия не спасло его от дальнейшего вмешательства России. Вместо этого он получил глубокий политический кризис, в котором Кремль его не просто не поддержал (одним из свидетельств чего стал отказ спецпредставителя РФ Владимира Лукина подписывать меморандум между Януковичем и оппозицией), но и использовал как предлог для вмешательства (пока шли переговоры в Киеве, Москва готовила военную операцию при том, что Янукович все еще находился в столице и формально был дееспособным президентом).

Что происходило потом - важно с точки зрения того, как Кремль избирательно и своеобразно трактует легитимность власти.

После того, как Янукович бежал, а Верховная Рада 22 февраля лишила его полномочий, передав пост и.о. президента спикеру парламента Александру Турчинову, Москва, которая никогда до этого легитимность Рады не оспаривала, вдруг посчитала данную процедуру незаконной, а новое руководство - нелегитимным ("фашистской хунтой", хотя до этого спокойно с этими "фашистами" вела дела). При этом в дальнейшем легитимность решения по присоединению Крыма обосновывалась уже волей/ волеизъявлением местного населения. На начальной стадии  дестабилизации Донбасса в ДНР/ ЛНР вообще были сформированы оккупационные правительства состоящие из российских граждан, и именно они считались в Кремле "легитимными" органами власти.

Если эту ситуацию экстраполировать на белорусские реалии, то совершенно не важно, как работает формальная политическая иерархия в Беларуси, кто занимает должность президента, премьера, кто будет и.о. и так далее. С учётом присущей ему специфической трактовки легитимности и правоспособности власти соседних стран, Кремль будет сам определять кто и когда является легитимным, исходя из складывающихся обстоятельств. Так, легитимность и дееспособность Янукович потерял, когда в Кремле решили не ставить подпись под меморандумом между ним и оппозицией.

Поэтому сейчас для белорусской власти важно не только и не столько расставить проверенные и лояльные кадры на правильные места, сколько выбраться из ловушки рефлексивного управления, которую создал Кремль и которая ведёт Беларусь к повторению украи