👥🙂🙂🙂🙂🙂🙂🙂🙂🙂 🙂🙂 с участием Финляндии и Рейха.
➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿

Кто-то поёт, кто-то спорит, кто-то танцует. Вино, пиво, водка, шампанское... всё перемешалось, и у каждого своя компания.

Каждый пытался говорить громче, чем другой. За столами руки, бокалы, смех. Но в углах, как тень, тихо сидел Финляндия. Он наливал себе прозрачную водку, берёг каждую паузу. Шум уходил куда-то вдаль, в голове у него оставался только вкус холода и привычка стоять отдельно.
За его спиной слышно, как кто-то смеётся слишком громко. Этот кто-то — Рейх.
Рейх сегодня как заведённый: шутит, перебрасывается фразами, танцует, спорит о музыке, но всё время косится в сторону, где стоит Фин. Высокий, светлый, упрямо опустивший глаза в стакан. И вино сразу перестало быть сладким, стало лишь поводом.

Наконец он не выдерживает, подхватывает бокал с вином и, покачиваясь, идёт к углу.

— Ты не ждал, но я добрался до тебя тоже, — бросает он, с ухмылкой вставая перед Фином.

Фин медленно поднимает взгляд, взгляд у него ледяной, но в нём чуть-чуть веселья. Он отставляет стопку, чуть разворачивается к Рейху:
— Ты и не думал, но я тебя ждал.

Рейх замирает. На секунду даже перестаёт ухмыляться, эта фраза его сбивает. Немец вдруг перестал ухмыляться; он смутился так, как смущаются только те, кто привык играть сильного.
— Значит, ждал? — почти шёпотом.

Фин ничего не отвечает. Берёт свою стопку, делает глоток и чуть наклоняет голову в сторону.

Рейх делает шаг ближе. Он меньше ростом, но пьяная немецкая наглость делает своё дело: он почти прижимает Фина к колонне, опираясь рукой о стену. Он сразу тянется к финской водке, а в руке — бутылка вина.
Фин медленно поднимает взгляд, чуть нахмурившись.
— Даже не думай, — ворчит он, но руку не убирает.

— Ну чего ты, — Рейх уже лезет налить водку прямо в своё вино, смешанное... много с чем, — Так будет крепче! Эксперимент.

— Ты сумасше… — Фин перехватывает его запястье, но всё же помогает подержать бутылку, чтобы тот не расплескал. — Извращенец алкогольный.

Рейх хохочет, ловко отнимает у него бокал.
— Вуаля! Новый напиток. Назовём его «Северное безумие».

Немец решительно подливает и ему. Бокалы звякнули. Фин смотрит недовольно, но поднимает смесь и делает глоток. Сразу морщится.
— Отвратительно.

— Прекрасно! — Рейх залпом осушает свой и смеётся. — Смотри, уже идёт!

Фин качает головой, но делает ещё один маленький глоток.
— Ты когда-нибудь сведёшь меня с ума.

Немец наклоняется ближе, довольный, с перегаром и хитрой ухмылкой:
— Уже начал.