2/2

11. В удочерении/усыновлении законами строго регламентируется возраст удочерителей, количество детей, которых они могут удочерить, отслеживается их доход и социальный статус. Одиноким мужчинам удочерять и усыновлять нельзя. Опека бдит, посещает, наблюдает за семьей. В суррогатстве можно купить хоть десять детей, хоть сто, и не просто можно, а таких случаев накопилось уже немало. Можно не заботиться о них, можно что угодно, никакой опеки.
12. Женщин эксплуатируют там, где это дешевле. Даже в тех австралийских штатах, в которых разрешено суррогатство, детей покупают в Юго-Восточной Азии, потому что это дешевле. Сурмат — это классовая проблема. Шведки не рожают для украинок, только украинки для шведок. В "альтруистском" суррогатстве, которого не существует, тоже рожают те, кто уязвимее.
13. Суррогатство не может быть альтруистичным по определению: индустрия всегда зарабатывает. Клиника, агентство, юристы. Именно с ними и борется Оливия Морель, а не с матерями и заказчиками.
14. Американцы не любят покупать матерей и детей в Мексике, чтобы у ребенка не было проблем с получением американского гражданства.
15. Если покупатели отказываются выкупать ребенка (не заплатив, само собой), то кого оформляют матерью? Кто должна платить алименты, если оставит ребенка в роддоме? Кто должна ухаживать за ребенком, которого родила?
16. Удочерение/усыновление всё ещё существует, и сирот хватает, но покупатели хотят ребенка как минимум своей расы, причем генетика или внешность ребенка должна быть привязана к покупателю-мужчине. При покупке яйцеклеток обычно выбирают высоких светлоглазых блондинок. Короче, попахивает евгеникой это дело.
17. Риторика «родитель — это не тот, кто родил/зачал, а тот, кто воспитал», продвигаемая в удочерении, внезапно отменяется для суррогатства: теперь родитель — это не тот, кто выносил и родил, а тот, кто купил (и не всегда это тот, кто зачал или предоставил яйцеклетку, или ухаживает за ребенком). Примиряющая логика в этой сфере торговли детьми заключается в том, что родитель — это тот, кто платит.
18. В традиционном суррогатном материнстве, когда рабыня рожала для господина, у нее не забирали ребенка — она продолжала его кормить, ухаживать за ним, ребенок оставался с матерью (причем биологической).

Насколько же угнетены женщины, что кому-то вынашивание и роды детей на продажу не видятся эксплуатацией? Мизогиния 800 лвл.