▎Почему «просто закончить войну» не получается — и почему уничтожение городов ничего не решит
В российском обществе периодически звучат вопросы: почему не заключить мир? Почему не «снести всё от Киева до Львова»? Почему спецслужбы не устранят Зеленского?
За этими вопросами часто стоят усталость, злость и желание увидеть простое решение. Но простых решений здесь нет.
Почему не заключается мир?
Для мирного соглашения недостаточно слова «переговоры». Стороны должны хотя бы приблизительно совпасть в ответах на ключевые вопросы: территории, безопасность, вооружённые силы, санкции, пленные, ответственность и гарантии исполнения договорённостей.
Пока каждая сторона считает, что продолжение войны может дать ей больше, чем компромисс, переговоры либо не начинаются, либо превращаются в инструмент давления. Добавим взаимное недоверие: подписать документ недостаточно — нужно понимать, кто и как обеспечит его выполнение.
Кроме того, война создаёт собственную политическую инерцию. Любая уступка внутри страны может быть объявлена предательством, а лидеры опасаются не только противника, но и реакции собственной армии, элит и общества.
Почему нельзя «взорвать и сжечь всё»?
Потому что между военной операцией и массовым уничтожением населения проходит принципиальная граница.
Киев, Львов и другие города — это миллионы людей: дети, пожилые, врачи, рабочие, в том числе русскоязычные граждане и семьи с родственниками в России. Неизбирательное уничтожение городов является не «решительностью», а массовым убийством и грубым нарушением международного гуманитарного права.
Даже если забыть о морали, такая стратегия не решает поставленных задач:
• разрушенный город не означает капитуляцию государства;
• массовая гибель мирных жителей усиливает сопротивление;
• растут международная изоляция, санкции и поддержка противника;
• территория превращается в руины, которые невозможно нормально контролировать и восстанавливать;
• расширяется риск прямого столкновения с другими странами и неконтролируемой эскалации.
Нельзя заявлять, что воюешь за безопасность или историческую близость, и одновременно предлагать уничтожить тех, кого называешь близким народом.
Почему не устраняют Зеленского?
Государство не исчезает вместе с одним человеком. У Украины есть Конституция, парламент, правительство, военное командование и механизм передачи полномочий. На место одного руководителя придёт другой.
Более того, гибель лидера может не ослабить, а сплотить общество, превратить его в символ и сделать компромисс ещё менее возможным. Она также способна вызвать новую эскалацию и ответные операции против российских руководителей.
Наконец, подобные действия технически крайне сложны: высшее руководство охраняется, перемещения скрываются, информация проверяется, а спецслужбы противника и союзных стран ведут контрразведку. Реальная работа спецслужб сильно отличается от кино, где устранение одного персонажа завершает конфликт.
Главный вывод
Фразы «разбомбить всё» и «убрать одного человека» дают эмоциональное ощущение простоты и контроля. Но война — не компьютерная игра. За такими словами стоят массовые смерти, ответная эскалация и последствия на десятилетия.
Желание окончания войны понятно. Но путь к этому лежит не через уничтожение городов и месть гражданскому населению, а через изменение расчётов сторон, работающие гарантии безопасности, давление на участников конфликта и договорённости, которые можно проверить и исполнить.
Ненависть позволяет сформулировать короткий лозунг. Она не даёт работающего политического решения.