С.В. Семенченков: О приоритеризации таможенных правонарушений над нарушениями экспортного контроля

Одним из наиболее системных противоречий российского законодательства об экспортном контроле является неурегулированность его соотношения с таможенным.

В правоприменительной практике сложилась устойчивая тенденция к вытеснению норм о нарушениях в области экспортного контроля нормами таможенного права.

Наиболее отчётливо данная тенденция проявляется при разграничении составов административных правонарушений и преступлений: нарушения в области экспортного контроля квалифицируются по таможенным составам – ст. 16.3 КоАП РФ (несоблюдение запретов и ограничений), ст. 16.17 КоАП РФ (представление недействительных документов) – в ущерб применению специальных составов ст. 14.20 КоАП РФ и ст. 189 УК РФ.

Данная проблема имеет глубокие системные корни. Российский Закон об экспортном контроле не устанавливает прямой нормы о его приоритете над законодательством в области таможенного дела. В результате специфика экспортного контроля как института, направленного на предотвращение распространения оружия массового поражения и защиту технологического суверенитета, нивелируется: противоправные деяния рассматриваются как техническое нарушение таможенного порядка, а не как угроза национальной безопасности.

В этой связи показателен зарубежный опыт. В некоторых иностранных государствах законодательство предлагает принципиально иное решение. Закон об экспортном контроле в данных странах прямо закрепляет: если нормами законодательства о таможенном регулировании установлены иные правила, применяются нормы законодательства об экспортном контроле. Данная норма создаёт чёткую вертикаль при разрешении коллизий, формирует единообразную правоприменительную практику и исключает приоритезацию таможенного права.