Telegram под прицелом: три лагеря в российском сообществе на фоне слухов о блокировке

Наливайко Павел,
генеральный директор Консалтингового центра «Эксперт групп», медиатехнолог

Повестка возможной блокировки Telegram в России остаётся одной из самых обсуждаемых тем последних месяцев. На фоне приближения апреля 2026 года (именно этот месяц называют вероятным моментом полной блокировки) в Telegram-сообществе — среди администраторов каналов, блогеров, пользователей и экспертов — чётко выделились три группы, каждая из которых по-своему оценивает происходящее.

1. Консерваторы

После неудачной попытки блокировки в 2018–2020 годах многие администраторы и активные пользователи относятся к идее окончательного закрытия Telegram крайне скептически. Они считают текущие заявления не более чем информационной кампанией в поддержку отечественной платформы Max, и полагают, что государство уже практически выполнило задачу по переводу значительной части аудитории туда. По данным на начало марта 2026 года, аудитория Max достигла 73,7 млн пользователей и в ближайшие месяцы действительно может обогнать Telegram. Это полностью укладывается в стратегию цифрового суверенитета, и радикальная блокировка зарубежных платформ уже не требуется.

2. Реалисты

Сигналы от органов власти в первом квартале 2026 года — от заявлений депутатов Госдумы до комментариев Роскомнадзора — указывают на высокую вероятность блокировки. Вопросов остаётся два: когда именно и по какому сценарию.

Первый вопрос связан с грядущим выборным циклом 2026 года — полная блокировка может оставить кандидатов и партии без легальных эффективных площадок для продвижения.

Второй — о степени жёсткости: по «мягкому» сценарию, как с YouTube (замедление и частичные ограничения), или по «жёсткому», как с Meta* (полный запрет доступа).

Реалисты понимают: работа на платформе продолжится, но уйдёт в «серую зону» с обязательным использованием VPN и прокси. Многие уже готовят резервные каналы в Max и других сервисах, но признают, что это неизбежно скажется на охватах и доходах от рекламы.

3. Скептики

Третья группа реагирует наиболее эмоционально: у них опускаются руки от перспектив дальнейшей нормальной работы на платформе, нарастает разочарование на фоне недавнего бурного роста Telegram в России. Среди военных блогеров и Z-каналов, традиционно лояльных власти, вспыхнула настоящая волна критики — от жалоб на «потерю союзника на фронте» до прямых обвинений в подготовке к мобилизации или изъятию счетов. Уличные опросы и обсуждения показывают: многие воспринимают навязываемую альтернативу с презрением — «в гробу видели Max».

Все три группы объединяет одно: непонимание реальной необходимости блокировки Telegram. Уход официальной рекламы после заявлений РКН и ФАС фактически запрещает прямые размещения на платформе, лишая бюджет налоговых отчислений, которые начали поступать с 1 апреля 2025 года и могли бы приносить миллиарды рублей ежегодно. При этом государство серьёзно вложилось в развитие именно российского сегмента Telegram — это стал один из самых мощных инструментов влияния на повестку. Фактически впервые за многие годы «мы выигрываем в интернете».

Но любой сценарий блокировки вернёт платформу в «серую зону» времён 2017–2021 годов. При нынешней многомиллионной аудитории и отсутствии эффективной контрпропаганды вверх может снова взять антивластная повестка. VPN обойдут ограничения для продвинутых пользователей, но массовый отток аудитории в Max или другие сервисы ослабит Telegram как инструмент свободного общения. В итоге проиграют все: бизнес, пользователи и даже сами власти, теряя важный рычаг влияния.

*Meta — организация, деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.