«Зависимость» Тове Дитлевсен, перевод с датского А. Рахманько под ред. О. Дергачевой. Издательство No Kidding Press.

Вот и вышла последняя, третья часть «Копенгагенской трилогии» Тове Дитлевсен, «Зависимость». Я писала раньше про «Детство» и «Юность».

Тове двадцать, она уже начинающая приобретать известность, поэтесса, замужем за издателем. Но из первого брака ничего не получается, жизнь берёт Тове в оборот: ею восхищаются, её слушают, выходят её новые книги, у неё берут интервью. Одна любовь сменяет другую, проходит череда неловких браков, первый из которых – по беременности. И вот она уже мать троих детей, живёт в загородном особняке, и влюблена… в свою наркотическую зависимость – обезболивающие, на которые «подсела» во время второй незаконной операции по прерыванию беременности.

Удивительно наблюдать в литературе за тем, как жизнь человека поворачивается внезапно в другую колею, особенно если это отмечает писатель автобиографии. Не всегда мы можем вспомнить ту поворотную точку, в которой что-то изменилось навсегда. Тове Дитлевсен все эти точки видит, потому что смотрит на свою жизнь так же, как на литературное произведение. Для неё жить – значит писать, а писать – как дышать, всё взаимосвязано.

Она легко привязывает одно событие к другому: председательство в «Клубе молодых художников» приводит её к знакомству с будущим любовником, разрывом и уходом к другому любовнику, беременности и разводу с мужем… И всё это происходит как в танце меняют партнёров, или как в стихах одна строка цепляет другую. Тове не скрывает, что во всём этом она в центре истории, а центр её жизни – творчество. Друзья, мужья, любовники, дети проходят в её жизни статистами. Только в писательстве она счастлива, сама как ребёнок, готова всегда испытывать эту радость, и поэтому так легко переходит с опъянения жизнью к наркотическому опьянению. Последняя книга единственная в трилогии не случайно поделена на две части, на «до» и «после». После – это борьба с зависимостью, борьба за обретение себя, борьба, которую Тове Дитлевсен так и не выиграла. Если бы это не была автобиография, читатели могли обмануть себя тем, что жизнь героини может наладиться, и она окончательно «завяжет», оставив себе только лёгкое дыхание творчества. Увы, Тове Дитлевсен умерла в 1976 (7 марта как раз годовщина), приняв смертельную дозу снотворного, и этим поставила точку в жизни, как в романе.

«Копенгагенская трилогия» Тове Дитлевсен – одно из самых сильных и честных женских высказываний в прозе. Не зря её сравнивают с «Неаполитанским квартетом» Элены Ферранте – темы женщин, ищущих себя в мире, оказываются удивительно схожими. Думаю, немало найдётся женщин и в наше время, которые могут сказать про себя «Тове – это я». Сильный женский голос, честный, и при этом лёгкий – отзвук самой жизни, эти книги вовремя переведены на русский язык.