Existenzphilosophie

Existenzphilosophie

Когда мы говорим, что дух управляет материей, мы вовсе не впадаем в утопию: дух руководит миром даже тогда, когда он отступает. Если мы говорим о духе, мы говорим именно о духе: дух — это не биологический рефлекс, которым все можно объяснить, не некая гипотетическая структура, не что-то такое, что "происходит-так-как-если-бы", а реальность, которая всецело завладевает нами, но и превосходит нас, которая пронизывает нас насквозь, но и выводит нас за наши собственные пределы.

Эмманюэль Мунье

Э. Мунье. Манифест персонализма. М.: Республика, 1999. с. 28

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Человеку трудно ждать. Он так устроен, что настоящее ему всегда кажется более важным и несомненным чем будущее. Через год - что еще будет, а сейчас нужно есть, пить, спать и обладать душевным покоем, без которого кусок в горло не полезет и никогда не заснешь. Но ведь будущее - это то же настоящее. <...> Будущее - оно ведь возьмет нас в свои руки прежде, чем мы успеем оглянуться!

Лев Шестов

Шестов Л. Сочинения в 2-х томах. Том 2. М.: Наука, 1993. с. 155.

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Дуализм, в котором живет человек в этом мире, и есть источник неисчислимых страданий. Переживание страдания противоположно переживанию целостности. Нарушение целостности и гармонии с миром и вызывает страдание. Но это происходит потому, что человек встречается с миром объектов и лишь изредка прорывается к миру существ.

Николай Бердяев

Бердяев Н. Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого. М.: Республика, 1993. с. 291.

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Если со смертью тела, которое содержит в себе меня и которое я называю своим, чтобы отличить от самого себя, от того, что еcмь я, мое сознание возвратится в абсолютную бессознательность, из которой оно когда-то вышло, и если то же самое произойдет со всеми моими собратьями в человечестве, то тогда весь наш род людской не что иное, как утомительная процессия призраков, бредущих из небытия в небытие, а гуманность - это самое бесчеловечное, что мы только знаем.

Мигель де Унамуно

Унамуно М. О трагическом чувстве жизни. К.: Символ, 1996 с. 61.

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Конститутивные сущностные признаки как категории живого могут быть полностью постигнуты (по отдельности и вместе) тоже только в созерцании. Они определяют жизнь, никогда не симулируют ее. Но они определяют жизнь как бытие для созерцания, и напротив, не имеют никакого непосредственного отношения к тем слоям бытия, для которых характерны физические и химические понятия.

Хельмут Плеснер

Плеснер Х. Ступени органического и человек. Введение в философскую антропологию. М.: "Российская политическая энциклопедия" (РОССПЭН), 2004. с. 115

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Любое дающее из самого первоисточника созерцание есть правовой источник познания, и все, что предлагается нам в "интуиции" из самого первоисточника (так сказать, в своей настоящей живой действительности), нужно принимать таким, каким оно себя дает, но и только в тех рамках, в каких оно себя дает.

Эдмунд Гуссерль

Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. Книга первая. М.: Академический Проект, 2009. с. 80.

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Человек всегда шагал на "вершине жизни"; он - "первый", "говорящий нет", "микрокосмический факт"; он обладает "избытком", превышающим возможности его организма - он непосредственный центр манифестации становящегося божества. Он - "вождь" развития мира. Но в различные периоды истории Земли - которые корреспондируются с периодами развития мира - морфологически, физиологически и психически он выглядел совершенно по-разному.

Макс Шелер

М. Шелер. Философские фрагменты из рукописного наследия. М.: Институт философии, теологии и истории св. Фомы, 2007. с. 199.

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Индивид — понимаемый не только как человеческий индивид, но вообще как часть, звено, элемент, отдельное существо, — как таковой вовсе не есть индивидуальное. «Индивид» есть всякое единичное, в чем отдельные случаи не различаются.

Николай Гартман

Гартман Н. К основоположению онтологии. СПб.: «Наука» (Слово о сущем), 2003.

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

"Ушедший из жизни", который в отличие от мертвеца был отнят у "переживших" его, есть предмет "озабочения" в виде поминок, похорон, могильного культа. это опять же потому, что по своему способу бытия он "все же больше" чем просто озаботившее подручное средство в окружающем мире.

Мартин Хайдеггер

Хайдеггер М. Философия. Бытие и время М.: Ad Marginem, 1997, c. 238.

Existenzphilosophie/Подписаться

В то время как мир есть нечто исчезающее, Бог и экзистенция — действительность в этом исчезновении.

Карл Ясперс

Ясперс К. Введение в философию. Мн.: Пропилеи, 2000. с. 85

Existenzphilosophie

Если я прихожу к себе самому, то я осуществляю свое подлинное сознание бытия. Но если я не почувствую ненаступления себя, то я недоволен собою. Ибо именно свою подлинную свободу я переживаю опытом как данную трансцендентно.

Карл Ясперс

Ясперс К. Философия. Книга вторая. Просветление экзистенции. М.: Канон+, 2012, c. 44.

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Если философ не человек, он уж тем более не философ; он всего-навсего педант, то есть жалкое подобие человека. Развитие любой науки – химии, физики, геометрии, филологии – может быть делом той или иной специализации, хотя даже здесь это возможно в ограниченных и очень узких рамках. Но философия, как и поэзия, либо создаётся целостным единством всех человеческих сил, либо, в противном случае, это будет уже не философия, а пародия на философию, псевдофилософская эрудиция.

Мигель де Унамуно

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Всякое рассмотрение человека в качестве объекта – это отрицание проблемы экзистенции в ее подлинности. Поэтому всякое психологическое или антропологическое рассмотрение исключается проблемой экзистенции [...]. Психологический или антропологический анализ лишь растворяет человека в элементах, из которых он состоит фактически; но формирование человека в присущем ему бытии остаётся ему чуждым. Подобные исследования рассматривают человека как объект познания и применяют к нему методы и приёмы, которые подобает использовать при рассмотрении любого другого объекта [...].
Но человек в своем бытии не может подвергаться исследованию, которое ему инородно, ибо исследование, которое его касается, и проблема, из которой оно берет начало, формируют его в подлинном смысле.

Никола Аббаньяно

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

На меня сердятся за то, будто что я все об одном и том же говорю. И на Сократа за это же сердились. Словно другие не об одном и том же говорят. Очевидно, сердятся за что-то иное. Если бы я говорил одно и то же, но привычное, принятое, а потому понятное и приятное для всех, на меня бы не сердились. И не казалось бы, что «одно и то же», т.е. всегда одинаково не похожее на то, что хотелось бы услышать [...]. И злятся, нужно думать, потому же, почему злится спящий, когда его расталкивают. Ему спать хочется, а кто-то пристает: проснись. И чего сердятся? Все равно вечно спать нельзя. Не я растолкаю (на это, правду сказать, я не рассчитываю), все равно придет час и кто-то другой уже не словом, а иначе, совсем иначе, станет будить, и кому проснуться полагается, тот проснется.

Лев Шестов

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Подлинная человечность есть богоподобное, божественное в человеке. Божественное в человеке не есть «сверхъестественное» и не есть специальный акт благодати, а есть духовное в нем начало как особая реальность. В этом парадокс отношений между человеческим и божественным. Для того чтобы походить вполне на человека, нужно походить на Бога. Для того чтобы иметь образ человеческий, нужно иметь образ Божий. Человек сам по себе очень мало человечен, он даже бесчеловечен. Человечен не человек, а Бог. Это Бог требует от человека человечности, человек же не очень требует.

Николай Бердяев

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Von Jesus Christus «Gnade und Apostelamt» des Paulus. Gnade ist die unbegreifliche Tatsache, dass Gott an einem Menschen Wohlgefallen hat und dass ein Mensch sich in Gott freuen kann. Nur wenn sie als unbegreiflich erkannt wird, ist Gnade Gnade. Eben darum gibt es Gnade nur im Wiederschein der Auferstehung, als Geschenk des Christus, der die Distanz zwischen Gott und Mensch überbrückt, indem er sie aufreißt. Aber indem Gott den Menschen erkennt von weither, und vom Menschen erkannt wird in seiner unerforschliche Höhe, kommt der Mensch zu seinen Mitmenschen unvermeidlich in das Verhältnis eines «Senboten». «Ein Zwang ist über mir. Wehe mir, wenn ich die Heilbotschaft nicht verkündigte!» (I Kor. 9,16). Nur um ein Mehr oder Minder kann es sich handeln bei dem Unterschied zwischen Paulus und andern Christen. Wo die Gnade des Christus ist, da nimmt der Mensch auch bei der größten Zurückhaltung und Skepsis Teil an der Verkündigung der Wende aller Zeiten und Dinge, der Aufstehung.

Karl Barth

От Иисуса Христа «Благодать и апостольство» Павла. Благодать — это непостижимый факт того, что Бог доволен человеком и что человек может радоваться в Боге. Только когда это осознаётся как непостижимое, благодать становится благодатью. Вот почему благодать существует только в отражении воскресения, как дар Христа, который преодолевает расстояние между Богом и человеком, разрывая его. Но поскольку Бог знает человека издалека и познается человеком в Его непостижимой высоте, человек неизбежно вступает в отношения «посланника» по отношению к своим собратьям. «На мне лежит принуждение. Горе мне, если я не проповедую благую весть.
(1 Кор. 9:16). Разница между Павлом и другими христианами может быть только большей или меньшей. Там, где благодать Христова, человек, даже с величайшей сдержанностью и скептицизмом, принимает участие в провозглашении поворотного момента всех времен и вещей — воскресения.

Карл Барт

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Wir müssen deswegen zur Ontologie zurück, weil die metaphysischen Grundfragen aller Forschungsgebiete, auf denen philosophisches Denken arbeitet, ontologischer Natur sind, und weil diese Fragen damit, daß man sie "kritisch" ignoriert oder geflissentlich umgeht, nicht aus der Welt zu schaffen sind. Es ließe sich weiter darauf hinweisen, daß der inhaltliche Bestand solcher Fragen nicht ein Produkt menschlicher Fragelust, auch nicht ein bloß geschichtlich gewordener Ballst des Gedankes, sondern die ewige Rätselhaftigkeit der Welt selbst und in ihrer Beschaffenheit verwurzelt ist.

Nicolai Hartmann

Мы вынуждены возвратиться к онтологии, поскольку основные метафизические вопросы во всех областях исследования, где работает философское мышление, являются онтологическими по своей природе и поскольку эти вопросы не исчезают оттого, что их «критически» игнорируют или умышленно обходят. Можно было бы далее указать на то, что содержание таких вопросов не является произвольным продуктом человеческого любопытства или всего лишь исторически накопленным мыслительным балластом, но составляет вечную загадочность самого мира и укоренено в его структуре.

Николай Гартман

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Fürs erste: Jeder, der ernstlich Philosoph werden will, muß sich einmal im Leben auf sich selbst zurückziehen und in sich den Umsturz aller vorgegebenen Wissenschaften und ihren Neubau versuchen. Philosophie ist eine ganz persönliche Angelenheit des Philosophierenden. Es handelt sich um seine sapientia universalis, das ist um sein ins Universale forstrebendes Wissen – aber um ein echt wissenschaftliches, das er von Anfang an und in jedem Schritte absolut verantworten kann aus seinen absolut einsichtigen Gründen.

Edmund Husserl

Во-первых, каждый, кто всерьез хочет стать философом, должен «раз в жизни» вернуться к самому себе и, ниспровергнув в себе все до сих пор имевшие для него значимость науки, постараться заново их построить. Философия – мудрость – есть всецело личное дело философствующего. Она должна состояться как его мудрость, как им самим добытое стремящееся к универсальности знание, за которое он от начала и в каждом продвижении мог бы быть ответственным на основании своих абсолютных усмотрений.

Эдмунд Гуссерль

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Die Welt ist dem Menschen zwiefältig nach seiner zwiefältigen Haltung. Die Haltung des Menschen ist zwiespältig nach der Zwiefalt der Grundworte, die er sprechen kann. Die Grundworte sind nicht Einzelworte, sondern Wortpaare. Das eine Grundwort ist das Wortpaar Ich-Du. Das andre Grundwort ist das Wortpaar Ich-Es; wobei, ohne Änderung des Grundwortes, für Es auch eins der Worte Er und Sie eintreten kann. Somit ist auch das Ich des Menschen zwiefältig. Denn das Ich des Grundworts Ich-Du ist ein andres als das das Grundworts Ich-Es.

Martin Buber

Мир двойствен для человека в силу двойственности его соотнесения с ним. Соотнесенность человека двойственна в силу двойственности основных слов, которые он может сказать. Основные слова суть не отдельные слова, но пары слов. Одно основное слово – это сочетание Я-Ты. Другое основное слово – это сочетание Я-Оно; причем, не меняя основного слова, на место Оно может встать одно из слов Он и Она. Таким образом, двойственно также и Я человека. Ибо Я основного слова Я-Ты отлично от Я основного слова Я-Оно.

Мартин Бубер

Existenzphilosophie/Подписаться

Existenzphilosophie

Die "Erfahrung", die wir zum Verstehen der Logik brauchen, ist nicht die, daß sich etwas so und so verhält, sondern daß etwas ist: aber das ist eben keine Erfahrung.

Die Logik ist vor jeder Erfahrung — daß etwas so ist. Sie ist vor dem Wie, nicht vor dem Was.

Und wenn dies nicht so wäre, wie könnten wir die Logik anwenden? Man könnte sagen: Wenn es eine Logik gäbe, auch wenn es keine Welt gäbe, wie könnte es dann eine Logik geben, da es eine Welt gibt?

Ludwig Wittgenstein

«Опыт», в котором мы нуждаемся для понимания логики, заключается не в том, что нечто обстоит так-то и так-то, но в том, что нечто есть: но это как раз не опыт.

Логика есть до всякого опыта –
что нечто есть так. Она есть до Как, но не до Что.

И если бы это было не так, то как могли бы мы применять логику? Можно было бы сказать: если бы была логика, даже если бы не было мира, как тогда могла бы быть логика, если мир есть?

Людвиг Витгенштейн

Existenzphilosophie/Подписаться