2 СЕО вместо одного — новая нормальная практика?

1 декабря Maples Group — международная юридическая и финансовая группа с более чем 50-летней историей — объявила о переходе на модель co-CEO.
Компанию возглавили сразу два со-генеральных директора — Guy Major и Tyler Kim, а прежний CEO Scott Somerville оставил свою роль.
Это не стартап, не креативная студия и не «эксперимент ради моды». Это зрелый, консервативный бизнес из мира права, регуляторики и финансов — там, где цена ошибки особенно высока. Именно поэтому эта новость заслуживает внимания.

Почему вообще появляется институция co-CEO

Мы живём в эпоху поликризиса. Экономика, геополитика, технологии, регуляторное давление, репутационные риски — всё накладывается одновременно.
Сегодня CEO управляет не компанией, а пересечением кризисов. И проблема не в уровне компетентности первых лиц, а в том, что сложность бизнеса стала больше когнитивных и эмоциональных возможностей одного человека.
Co-CEO — это не «два начальника». Это попытка разделить управленческую сложность, а не просто распределить задачи.

Что реально даёт бизнесу модель co-CEO:

Первое — снижение ключевого риска.
Второе — два фокуса внимания одновременно.
Третье — качество решений под давлением.
Четвёртое — меньше персонализма.
Почему эта модель часто ломается

Потому что co-CEO — одна из самых сложных управленческих конструкций.

Она не работает, если: — роли не разделены до уровня финального решения,
— один из CEO де-факто главнее, но это не проговорено,
— конфликты заметаются ради видимого согласия,
— у лидеров разная управленческая философия.

Почему мы будем видеть всё больше co-CEO в мире

Бизнес постепенно перестаёт романтизировать героическое лидерство. Он начинает вознаграждать устойчивость, повторяемость и выносливость системы. Это признание того, что одному человеку уже не обязательно быть самым умным, самым быстрым и самым устойчивым одновременно.

А приживётся ли эта модель в России — большой вопрос

И здесь я гораздо более скептична.
У наших топов часто другая мотивация идти в CEO.
Для многих рост в CEO — это путь к единоличной власти: последнее слово, полный контроль, символическая фигура, от которой всё зависит. В такой логике появление равного — не поддержка, а угроза.

Российская управленческая культура по-прежнему сильно персоналистская.
Я бы смотрела на историю Maples Group не как на кадровую новость, а как на маркер эволюции лидерства.
Co-CEO — не универсальный ответ и не для всех.
И, пожалуй, главный вопрос здесь не в структуре. А в том, зачем люди вообще хотят быть CEO — ради власти или ради устойчивости системы.
От ответа на этот вопрос и зависит, станет ли co-CEO будущим — или так и останется редким, но показателем зрелости.

Софья Беляндинова