Продолжаю думать про очередной международный чат дизайнеров, где запретили « политические » обсуждения.

Под моим постом Денис комментирует, что обсуждение мэра Нью-Йорка, по его мнению, в целом не интересно для русскоязычного интернета. Может быть и отношения Палестины и Израиля, которые, неожиданно, задели читате:ля где-то в другом конце света.

Меня не столько интересует изначальный пост про графдизайн кампании Мамдани, который я бы не заметил. Даже комментарий читате:ля, на который вряд ли кто-то ответил бы из-за его резкости.

Меня скорее интересуют действия после поста: удаление поста, запрет обсуждений, изменение редакционной политики.

Запрет обсуждать что-то с другими людьми касается как меня лично, так и, подозреваю, очень актуально и для русскоязычного сегмента интернета. Как и то, что объявление коллектива « аполитичным » — это, кажется, одна из самых типичных ситуаций « политизации ».

Как можно было бы действовать более продуктивно?

Если коротко, то « политическое » — это все, что касается вопроса о том, как жить вместе.

Объявлять какое-то коллективное пространство « аполитичным » — это, в целом, оксюморон. Вместо представления о постоянно присущих качествах групп и людей, лучше опираться на более динамичные рассуждения.

Любое пространство, сообщество или процесс может « политизироваться », в том смысле, что там могут меняться динамики коллективной мобилизации и формы публичных отношений.

Например, в ответ на удаление поста и сообщений пользовател:ей вместе с ним, я спросил, что произошло и какие теперь правила сообщества.

Вместо обсуждения в чате модератор: перешел со мной в ЛС и предложил: созвон, на который у меня пока нет времени. Тем более, что вопрос я задал не кому-то лично, но всем в чате. Вместо медленного письменного обсуждения ситуации, желательно в общем чате, как я попросил, он: стал спрашивать вопросы о моих политических взглядах.

Я снова перевел обсуждение в коллективный чат, описал ситуацию, как я успел ее увидеть и попросил обсудить это. Новые правила цензуры и самоцензуры для меня были неясны.

Я могу, конечно, не писать ничего на определенные темы, но у меня нет никакой возможности предсказать, где заканчивается их понимание « политического ».

Отгадайте, как развернулась эта « аполитичная » история? Правильно, втор:ой модератор: без объяснения причин исключил меня из чата.

Ведь как известно, остракизм — это один из древнейших способов абсолютно никак не связываться с политикой.