5. Автоматизация, повышение эффективности, скорости, а значит и прибыли, приводит к физическому закрепощению животного (привет Фуко). Коров, телят и свиней содержат в стойлах. И кур, и хрюшек, и коровок представители “индустрии” рассматривают как машины по производству яиц/поросят/телят. В США 75% беременных свиней держат в gestation stalls 60x180 см — таких маленьких, что свинья даже не может повернуться. Максимум она может сделать пару шагов взад-вперёд. В этих клетках они грызут решётку, двигают челюстями без повода, мотают головой из стороны в сторону — показывают stereotypical behaviour, то есть повторяющиеся действия, как у психически больных людей. Держать животных в этих микростойлах — абсолютное варварство. Из-за этого в ЕС в 2013 запретили gestation stalls. Хрюшек держат в группах, где у них больше пространства, есть солома, сено и земля, чтобы её разрывать. (В США стойла запретили только в трёх штатах, на которые приходится лишь 3% всей производимой свинины). Перед родами свинью переводят в другое стойло, где ещё меньше места и она вынуждена всё время лежать в одинаковой позе.
6. Та же история с телятами. Как известно, дойная корова должна рожать каждый год, чтобы у неё не иссякло молоко. Новорождённых телят сразу же отрывают от матери (отчего она громко мычит и тоскует несколько дней) и запихивают в стойла – такие тесные, что они не могут повернуться. Пол голый, потому что солому, траву или сено телёнок будет жевать, и тогда из-за железа его мясо покраснеет, а «белое» мясо стоит дороже. Так они живут 4 месяца. Выходят из стойла они только на бойню. В 2006 году ЕС запретил стойла для телят: теперь они должны содержаться в группах, и их надо кормить грубыми кормами, в которых есть железо. (Хотя до сих пор в ЕС закон разрешает держать телят в стойле до 8 недель, а в США стандарты фермерской ассоциации – до 10 недель). Хорошая новость: в США потребление телятины падает из-за дороговизны: в 1940е приходилось 8 фунтов телятины на человека в год, в 1995 – 1, в 2020 – 1/5 фунта.
7. Эта тенденция к консолидации, монополизации, укрупнению, закабалению, увеличению численности, закармливанию до такого состояния, что животному сложно двигаться, пить и дышать — явление, интересное как классическая тема критической теории. Если кто-то знаком с «Диалектикой Просвещения» Хоркхаймера и Адорно, это прямо оттуда — ситуация, когда техника вкупе с погоней за эффективностью, автоматизацией, математизацией и прибылью порабощает и людей, и порабощённых людьми животных. Плод не столько позднего капи
8. Ещё заметна тенденция Сингера сосредотачиваться только на США и Европе. Он редко говорит о ситуации с велфером с/х животных в Азии, и когда говорит, справедливо даёт понять, что там всё ещё хуже. Связано это не только с огромным населением таких стран, как Китай, но и с тем, что в плане велфера и прав животных Китай, Корея и Япония отстают даже от США. Большинство рыб разводят в Азии, 70-72% из них закон не защищает никак [3]. Методы, которыми их убивают, поистине варварские: рыба без чешуи (угри и вьюны) особенно страдает от соли, потому что соль высасывает влагу из кожи. (Сингер предлагает нам ощутить, что чувствует вьюн, которого посыпают солью, залив густой соляной раствор в глаза. Только рыба чувствует это по всему телу). В Германии, Нидерландах и Новой Зеландии убийство рыбы при помощи соли запрещено. В Восточной Азии 18 млрд амурского вьюна (Misgurnus anguillicaudatus) убивают каждый год, преимущественно засаливанием, потому что солить живую рыбу обязательно полагается по рецептам местной кухни.