А оно тебе надо?

Если ты читаешь эту книгу, вопрос «Хочешь ли ты быть более продуктивным?» уже не главный. Главный — «Зачем тебе это?»

Когда-то мне казалось, что ответ очевиден: чтобы стать успешнее и богаче. Ещё 10 лет назад я бы подписался под этим не глядя. Но правда оказалась сложнее.

Я смог честно задать себе этот вопрос только после того, как дважды оказался на грани — загнал себя в тупик и едва не потерял жизнь. Чтобы понять, откуда во мне эта гонка, пришлось вернуться к началу.

Я вырос в маленьком посёлке на севере Карелии — в Чупе, на берегу Белого моря, вдали от станции. Замкнутый мир: два телеканала, редкие рассказы приезжих — и всё. Интернета не было.

Там не существовало «работы по душе». Была просто работа — любая, на которую удастся попасть. Даже место уборщика могло «ждать своей очереди». Безработица стала нормой. Единственная стабильная опора — железная дорога.

Молодёжь шла в железнодорожный колледж: стипендия, гарантированное место — но с условием отработать 5 лет в посёлке. Это был не мой путь. Последнее, чего я хотел, — стать железнодорожником.

Дядя твердил:
«Отбрось максимализм и мечты. Иди на железку — она кормилица».
При этом сам часами жаловался, как ненавидит эту работу, и держался только из‑за денег.

Когда я мечтал стать директором банка (да, из‑за денег), он смеялся. Даже поспорил на 100 долларов, что у меня ничего не выйдет. Сегодня я могу признать: он выиграл. Я больше не хочу быть директором банка.

Со временем у меня оформились три направления, которые вдохновляли: нейрохирургия, судебное дело и программирование. Особенно иронично звучит последнее: компьютера у меня не было, но я зачитывался книгой про MS Office и почему-то кайфовал от этого.

Мечты вокруг воспринимались как блажь. Но я упорствовал. Я был хрупким, застенчивым подростком, вечно витавшим в облаках — и держался на трёх вещах: мозг, нестандартное мышление и уверенность, что получится.

Деньги дома были постоянной болью. Я прятал хлеб, резал банан на десятки кусочков, чтобы растянуть на несколько дней. Собирал бутылки и металл — это стало рутиной. Иногда — ягоды, но без машины всё превращалось в квест.

Когда появилась возможность уехать, я продал PlayStation — ту самую, на которую копил, собирая бутылки, — и уехал в другой город.

Страх был оглушительным. Никакой подушки, поддержки, гарантий. Только вера: у меня всё получится.

Зачем я всё это рассказываю? Потому что детство стало фундаментом. Я усвоил три жёстких урока: надеяться можно только на себя; подарки судьбы — миф; я не хочу больше голодать.

И поэтому на вопрос «Хочу ли я быть более продуктивным?» я отвечал: «Да». Я жаждал достатка и успеха. Эти цели давали мне энергию, но…


Это фрагмент черновика из моей будущей книги про продуктивность.
А у тебя продуктивность — это скорее про деньги или про свободу?