[очерк: problematic interior 3]


лето хороших девочек закончилось.
закончилось, но она изо всех сил пытается его продлить хотя бы ненадолго.

старается быть для меня самой лучшей и самой послушной.

лежит на полу лицом вниз и вздрагивает при каждом звуке.
ждет, когда я поставлю на нее ботинок, чтобы завязать шнурки.

упираясь в ее ягодицы я понимаю: он слишком тяжелый, а она слишком тонка и хрупка. вместо привычной мне мягкой подставки я нащупываю каблуком ее острые кости.
скрежет зубов.

без разрешения двигает рукой — подошва больно упирается в лицо и сдавливает череп. жалобный скулеж. мольбы прощения

треск стяжек, сковывающих ее ступни

тейпами покрываю лицо. розовый и черный, под цвет волос и ремней. я не хочу ее видеть, мне нужно только тело: грациозное и утонченное. без лица она превращается в мраморную статую.

тончайшей острой бритвой вырезаю отверстие для дыхания: "не шевелись, если ты дернешься хоть на миллиметр, я порежу твое лицо"


(мне хочется вставить лезвие в ее тонкую кожу и исполосовать все тело)


обычно, когда она смотрит мне в глаза, между ног у нее всегда предательски мокнет, сдавая с потрохами все постыдные мысли. но не сегодня. сейчас мы не об этом.


ассиметричная поза. ноги затекают. целая коробка зажимов методично оказывается на ее коже.
то, что доставляло удовольствие ей в прошлый раз, сведет с ума в этот.


сегодня она хорошая девочка: рыдая и трясясь, за каждую снятую прищепку она будет говорить «спасибо»