В мире идей пополнение

26 августа в Кигали завершилось мероприятие с нетривиальным названием «The Africa Mindset Reset Forum», организованное «Африканской школой управления». Форум по, ни много ни мало, перезагрузке африканского мышления, собрал около 1500 участников и был нацелен на «переосмысление подхода континента к решению проблем развития». Главным же гвоздем программы стал дебют нового понятия: «метаафриканизм».

Поскольку мимо такого яркого события невозможно пройти мимо, попытаемся разглядеть, что же такое «метаафриканизм».

Несмотря на то, что четкие границы термина пока что не определены, сам форум и последовавшие за ним размышления в африканской прессе указывают определенное направление заложенной мысли.

Первую рамку задал президент Африканской школы управления Франсис Гатаре. По его словам, метаафриканизм — необходимая эволюция панафриканизма, направленная на современное развитие Африки. В то время как панафриканизм дал африканцам солидарность, свободу и достоинство, метаафриканизм задает следующие вопросы: какие установки, какие ценности, какие институты и какие модели поведения необходимы для создания будущего. Гатаре утверждает: за последние 60 лет Африка изменилась, а мир стал безжалостнее и конкурентоспособнее, и никто в Африке не силен или конкурентоспособен настолько, чтобы в одиночку противостоять этой конкуренции. Противостояние этой конкуренции Гатаре и концептуализирует в «метаафриканизме», который будет «другой освободительной борьбой, требующей нового коллективного мышления, чтобы вместе строить и конкурировать только тогда, когда это необходимо».

Весь этот пересмотр своего положения в мире также требует от Африки отказа от «менталитета жертвы», который может отбивать у стран и людей желание брать на себя ответственность. Сам «метаафриканизм», в отличие от панафриканизма будет призывать не к сопротивлению, а к созиданию, а также постулировать переход от «африканского самосознания к африканской субъектности и от сформулированных стремлений к дисциплинированному выполнению планов и стратегий».

В свою очередь южноафриканский политолог Пол Кариуки отметил, что «эта концепция появилась в важное для континента время», ведь Африка не может решать современные проблемы, используя вчерашний образ мышления. При этом он также подчеркнул, что метаафриканизм не следует рассматривать как попытку заменить панафриканизм или создать совершенно новую концепцию.

В этой новой концепции особое место, кажется, отводится конкретному формированию собственного экономического пространства: преобразование политической приверженности Африки региональной интеграции и географической близости в более глубокую взаимосвязь рынков и их мощностей. Конкретная экономическая интеграция определяется выше политической солидарности.

Не без пафоса высказался экс-президент ЮАР Табо Мбеки, участник мероприятия, который сравнил 2026 год с 1945 в контексте отправных точек для «метаафриканизма» и панафриканизма, сказав, что текущий год может запомниться как ключевая дата в «новой освободительной борьбе за суверенитет и свободу мысли».

P.S. Несмотря на весь скепсис по поводу практической реализации заявленных идей, хочется пожелать «метаафриканизму» долгой жизни. В конце-концов, континент заслуживает свежих концепций, даже если от них исходит некая волшебно-сказочно-сингапурно-мвфная аура. Тем более, что панафриканизму в его пыльных изводах давно пора порядочно освежиться или уйти на покой.

P.P.S. «Африканская школа управления», организатор форума и место рождения «метаафриканизма», базируется в Кигали и возникла с легких рук лидера Руанды Поля Кагаме на пару с экс-премьером Эфиопии Хайле Мариамом Десаленем. Участвуют в её жизни и другие видные африканские политические деятели.

P.P.P.S. Поскольку де-факто крестным отцом «метаафриканизма» является Поль Кагаме, то данный набор идей совершенно справедливо назвать «кагамизмом». В каждой шутке – доля шутки, но, думаю, что из всех африканских президентов-долгожителей Кагаме лучше других осознает свою «невечность» и работает над своим политическим наследием, и речь идет не о наследном правлении, а о построении некой системы. Ведь, в конце-концов, невозможно пытаться быть африканским Сингапуром в отсутствии экономически активного и интегрированного региона. К тому же, военные успехи в соседней стране тоже могут быть не вечными. Учитывая все «за» и «против», за «кагамизм» уверенно проголосуем двумя руками.