#music

(1ч.) Flying Lotus: как звучит собственный музыкальный мир

Иногда включаешь Flying Lotus и первые несколько секунд пытаешься понять, что именно слушаешь. Кажется, что начинается хип-хоповый бит, потом в него проваливается джазовый бас, где-то на заднем плане появляется электронный шум, ритм начинает ломаться, а мелодия будто существует сама по себе. Ты узнаёшь отдельные элементы, но не понимаешь, как они оказались в одной композиции.

А потом проходит несколько минут — и этот хаос уже начинает казаться естественным. Ты привыкаешь к его правилам. Понимаешь, где здесь грув, где пауза, куда движется бас. И самое интересное — всё это время музыка остаётся узнаваемой.

У Flying Lotus есть редкое свойство: он может собрать трек из совершенно разных музыкальных языков, но в итоге ты слышишь не джаз, не хип-хоп и не электронику. Ты слышишь именно его.

Поэтому мне нравится думать о Flying Lotus как о человеке, который построил собственный музыкальный мир. Сначала он собрал его из звуков. Потом в этот мир пришли другие музыканты. А со временем вокруг него появилась целая сцена — со своим лейблом, эстетикой и собственными правилами.

Мир из звуков

Стивен Эллисон, более известный как Flying Lotus, вырос в Лос-Анджелесе и пришёл в музыку из довольно необычной точки. Он учился в киношколе, стажировался на Stones Throw и параллельно писал собственный материал.

Большой ранний толчок ему дал Adult Swim. В 2006 году канал начал использовать его треки как рекламные отбивки, и Flying Lotus довольно быстро оказался в поле зрения более широкой аудитории.

Но уже тогда было понятно, что обычного битмейкинга ему мало.

Обычный битмейкер может взять сэмпл, нарезать его, поставить барабаны и получить грув. Flying Lotus часто делает следующий шаг: разбирает сам принцип грува на части. Барабаны могут внезапно сместиться, бас начать жить собственной жизнью, поверх появиться несколько мелодических слоёв, а затем вся конструкция на секунду развалиться и собраться. Из-за этого его музыка иногда больше похожа на поток сознания, чем на привычную песню.

И при этом за всей этой хаотичностью довольно много контроля.
Flying Lotus может начать работу с чего угодно: с сэмпла, кика, перкуссии или голоса. Важнее найти первый звук, вокруг которого начнёт развиваться композиция.

А дальше этот звук может превратиться практически во что угодно.
Сэмпл у него редко остаётся просто сэмплом. Его можно растянуть, порезать, исказить, наложить на другой звук, отправить через эффекты и снова использовать уже как новый элемент. Поэтому иногда невозможно понять, что именно ты слышишь: синтезатор, обработанный инструмент, полевой звук или кусок старой записи.

Это одна из причин, почему его музыка звучит так живо.

Flying Lotus как будто сначала собирает материал, а уже потом решает, какую форму примет композиция.

Джаз внутри этого мира

Flying Lotus часто называют джазовым продюсером, но это немного упрощает картину.
Он не пытается играть джаз средствами электроники. Его интересует скорее джазовый способ мышления: свобода внутри композиции, сложная ритмика, неожиданные гармонические движения, взаимодействие нескольких самостоятельных партий.

И здесь есть любопытная деталь. Flying Lotus — двоюродный внук Элис и Джона Колтрейнов.
Но его связь с джазом интересна не только семейной историей. Он не пытается напрямую продолжать эту традицию. Скорее берёт её принципы и переносит в другую среду.

Особенно заметно это на Cosmogramma 2010 года.
Одним из ключевых людей альбома стал басист Thundercat. Их сотрудничество вообще сильно повлияло на звук Flying Lotus и всей будущей сцены Brainfeeder. Живой бас на совместных композициях становится частью музыкально ландшафта, хотя чаще всего такие коллаборацие артисты делают как фишку альбома.

И это важный момент.

Для Flying Lotus джазовый бас, хип-хоповый бит и электронная текстура могут быть не разными жанровыми элементами, а просто разными способами двигать одну композицию.

Его музыкальный мир начинает расширяться.

продолжение ниже