Эхо Оттепели

5 марта исполнилось 60 лет со дня смерти Анны Андреевны Ахматовой — одного из четырёх, наряду с Борисом Пастернаком, Мариной Цветаевой и Осипом Мандельштамом, главных русских поэтов первой половины XX века.

Об этой четвёрке — написанное за несколько лет до смерти стихотворение «Комаровские кроки» с тремя эпиграфами из трёх посвящённых Ахматовой стихотворений:

Ужели и гитане гибкой
Все муки Данта суждены
О.М.
Таким я вижу облик Ваш и взгляд.
Б.П.
О, Муза Плача...
М.Ц.

...И отступилась я здесь от всего,
От земного всякого блага.
Духом, хранителем «места сего»
Стала лесная коряга.

Все мы немного у жизни в гостях,
Жить — это только привычка.
Чудится мне на воздушных путях
Двух голосов перекличка.

Двух? А ещё у восточной стены,
В зарослях крепкой малины,
Тёмная, свежая ветвь бузины...
Это — письмо от Марины.

🎧 Сохранилась запись чтения этого стихотворения Анной Ахматовой — слушайте её в следующей публикации.

Ахматова оказала большое влияние на многих поэтов, но особенно — на четырёх молодых ленинградцев, в начале 1960-х навещавших её в Комарове, самым известным из которых стал Иосиф Бродский.

📸 Иосиф Бродский, Анатолий Найман и Евгений Рейн у гроба Анны Ахматовой. Комарово, 10 марта 1966 года.

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели».

И.П. Сиротинская – о В.Т. Шаламове. Воспоминания и интервью.

60 лет назад, 2 марта 1966 г. произошла встреча Варлама Шаламова с Ириной Сиротинской, женщиной, которая сыграла очень большую роль в жизни писателя. Достаточно только сказать, что именно ей посвящен цикл «Воскрешение лиственницы» и что именно она сохранила и описала архив Шаламова.
Мы публикуем одно из первых интервью с Ириной Павловной, которое было опубликовано в августе 1988 г. в газете «Книжное обозрение»: «Победить в себе растоптанного человека».

https://shalamov.ru/memory/601/

Благодарим за помощь в подготовке публикации Вологодскую областную научную библиотеку и лично Н.Н. Фарутину.

Ровно 70 лет назад — 25 февраля 1956 года — с трибуны ХХ съезда КПСС Первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв зачитал доклад «О культе личности и его последствиях». Доклад был посвящён осуждению культа личности И. В. Сталина, массового террора и репрессий второй половины 1930-х — начала 1950-х годов, а также реабилитации репрессированных. Его принято считать началом Хрущёвской оттепели и одним из важнейших событий ХХ века.

Каковы бы ни были мотивы Хрущёва, последствия доклада оказались значительными: началась реабилитация, сотни тысяч получили свободу и были возвращены в общественную жизнь, многим было возвращено честное имя. Был впервые публично назван масштаб террора — и страх, казавшийся незыблемым, дал трещину.

Несмотря на то, что сам Хрущёв был активным высокопоставленным соучастником сталинского террора, в мировую историю он вошёл именно благодаря докладу на XX съезде и последовавшей за ним Оттепели.

📸 Никита Хрущёв на XX съезде КПСС. Москва, 1956 год.

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели».

23 февраля — день памяти русского советского поэта, участника Великой Отечественной войны Давида Самойлова.

Не успеваем теперь написать о Давиде Самуиловиче ничего, что следовало бы, а предлагаем вспомнить это стихотворение:

Я — маленький, горло в ангине.
За окнами падает снег.
И папа поет мне: «Как ныне
Сбирается вещий Олег…»

Я слушаю песню и плачу,
Рыданье в подушке душу,
И слезы постыдные прячу,
И дальше, и дальше прошу.

Осеннею мухой квартира
Дремотно жужжит за стеной.
И плачу над бренностью мира
Я, маленький, глупый, больной.

Давид Самойлов, «Из детства», 1956

📸 На фото: Давид Самойлов, 1940-е

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели».

23 февраля — день памяти русского советского поэта, участника Великой Отечественной войны Бориса Слуцкого.

Не успеваем в этот раз написать о Борисе Абрамовиче ничего из того, что следовало бы, и предлагаем перечитать это стихотворение:

У меня была комната с отдельным ходом.
Я был холост и жил один.
Всякий раз, как была охота,
в эту комнату знакомых водил.

Мои товарищи жили с тещами
И с женами, похожими на этих тещ, —
То слишком толстыми,
То слишком тощими,
Серыми и однообразными,
                                                    как дождь.

С каждым годом старея на год,
Рожая то сыновей им, то дочерей,
Жены становились символами тягот,
Статуями нехваток и очередей.

Мои товарищи любили жен.
Они вопрошали все чаще и чаще:
— Чего ты не женишься? Эх ты, пижон!
Что ты понимаешь в семейном счастье?

Мои товарищи не любили жен.
Им нравились девушки с молодыми руками,
С глазами,
                   в которые,
                                       погружен,
Падаешь,
                 падаешь,
                                  словно камень.

А я был брезглив (вы, конечно, помните),
Но глупых вопросов не задавал.
Я просто давал им ключ от комнаты.
Они просили, а я — давал.

Борис Слуцкий, Ключ

📽️ Видео: Борис Слуцкий читает стихи Михаила Кульчицкого и Павла Когана в Политехническом, 1962
https://youtu.be/kVryi02UlsQ

📸 На фото: Борис Слуцкий, 1945.

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели».

ТРИ ЖИЗНИ ВЛАДИМИРА ЗАМАНСКОГО
К 100-летию актера, чья жизнь могла бы стать сценарием

Российские актеры мужского пола редко бывают долгожителями. Владимир Заманский, встречающий сегодня столетие, не просто исключение, а чрезвычайно осмысленный выбор судьбы.

Судьба написала сценарий его жизни так, что он сам мог бы стать героем великого фильма. Вот основные вехи этого «сценария». Мальчик, родившийся в Кременчуге, сын полтавского крестьянина и еврейки, рос без отца, встретил войну пятнадцатилетним, лишился матери, с теткой эвакуировался в Узбекистан. Студент техникума связи, прибавив себе возраст, добровольцем ушел на фронт, стал радистом самоходно-артиллерийского полка, участвовал в наступлении под Оршей. Сам тяжело раненный в голову спас из горящей самоходки раненого командира. Вместе с экипажем машины совершил несколько блистательных боевых операций, был награжден орденом и медалью.
Остался на службе и после войны, но в 1950-м за участие в избиении помощника командира взвода осужден на девять лет лагерей. В числе других заключенных восстанавливал Харьков, работал на строительстве Московского университета, выполнял высотные, опасные для жизни работы. Был досрочно освобожден в 1954 году. Ему еще не было тридцати. Конец первой серии.

В 1958 году Заманский окончил Школу-студию МХАТ, работал в театре «Современник» эпохи его расцвета, начал сниматься в кино. Первые роли в его фильмографии, насчитывающей почти 90 фильмов, сыграны актером в киноповести Михаила Калика «Колыбельная» и в дипломной работе Андрея Тарковского «Каток и скрипка». А когда Тарковский снимал «Солярис», пригласил Заманского озвучить Донатаса Баниониса и Юри Ярвета, говоривших по-русски с «прибалтийским» акцентом. Голос Заманского звучит и в «Сталкере». Хотя он никогда не был модной кинозвездой, успел поработать с важнейшими режиссерами своего времени, став одним из его самых харизматичных персонажей. Актерская вершина Заманского — роль красноармейца Лазарева в фильме Алексея Германа «Проверка на дорогах». Сдавшись в плен к немцам, он становится полицаем, а затем переходит на сторону партизан, чтобы искупить измену кровью. Фильм лег на полку и был снят с нее, только когда пришла перестройка. Конец второй серии.

Флешбэк. Еще на заре карьеры, в «Современнике» Заманский встретил свою будущую жену — актрису Наталью Климову, в кино она играла Снежную королеву и Хозяйку Медной горы. Пара ютилась в театральном складском помещении, но этот счастливый брак длится уже более шестидесяти лет. Со временем появилась хорошая московская квартира, и дефицита предложений сниматься Заманский не ощущал. Уже в перестроечную пору сыграл у Александра Сокурова в «Скорбном бесчувствии» и «Днях затмения». Но вот уже тридцать лет, как актер бросил профессию и столицу, уехал с женой в древний Муром, живет рядом с церковью и монастырем, посвящает себя молитве. Это — краткое содержание третьей серии.

Заманский всегда был духовным человеком; во МХАТе и богемном «Современнике» его звали гуманистом. Со временем «попал в луч христианства». Через эту призму актер, которого не сломали ни лагерь, ни ошибки молодости, трактует и образ своего героя в «Проверке на дорогах»: «Человек, упав, поднимается и возвращается к Богу». Уверен, что он еще вернется в кино — героем фильма, который когда-нибудь будет о нем снят.

6 февраля отметил столетний юбилей советский и российский актёр театра и кино, участник Великой Отечественной войны Владимир Заманский.

В следующем сообщении — текст кинокритика Андрея Плахова к 100-летию актёра.

Поздравляем Владимира Петровича и желаем ему долгих лет.

📸 На фото: постер фильма «Проверка на дорогах» (1971, реж. Алексей Герман). Роль бывшего полицая Александра Лазарева Заманский считает главной своей работой в кино.

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели».

13 февраля 1974 года арестованный днём ранее писатель Александр Солженицын был лишен гражданства Указом Президиума Верховного Совета СССР и выслан из страны.

Эти события и предшествовавшие им годы Солженицын описал в книге «Бодался телёнок с дубом».

👉 Плейлист с аудиокнигами Солженицына и материалами о нём на YouTube-канале «Эхо Оттепели»
https://www.youtube.com/playlist?list=PLGI5C7ozRfEISvFxSRQG2O8l3mgvDpRIJ

📸 На фото: Александр Солженицын в доме писателя Генриха Бёлля на следующий день после высылки из СССР. Кёльн (ФРГ), 14 февраля 1974 года. (Фото: Dutch National Archives, The Hague, Fotocollectie Algemeen Nederlands Persbureau (ANEFO), 1945—1989.)

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели».

13 февраля 1964 года в Ленинграде был арестован по обвинению в «злостном тунеядстве» поэт Иосиф Бродский. Суд проходил в феврале—марте 1964 года, стенограмму вела писательница и журналистка Фрида Вигдорова. Бродского приговорили к 5 годам ссылки, которую он отбывал в Архангельской области.

Ночь. Камера. Волчок
хуярит прямо мне в зрачок.
Прихлебывает чай дежурный.
И сам себе кажусь я урной,
куда судьба сгребает мусор,
куда плюется каждый мусор.

Колючей проволоки лира
маячит позади сортира.
Болото всасывает склон.
И часовой на фоне неба
вполне напоминает Феба.
Куда забрел ты, Аполлон!

Иосиф Бродский, 24 мая 1965, КПЗ

📸 На фото: Иосиф Бродский на суде, 1964

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели»

Юрий Трифонов рассказывает о литературе и о себе

Опубликовали на YouTube архивный материал с голосом писателя. Юрий Валентинович говорит о писательской работе, об учёбе в литинституте, о своих книгах и о критике. Это компиляция фрагментов интервью и выступлений разных лет.

👉 Юрий Трифонов о литературе и о себе:
https://youtu.be/XaeFLqCD47M

👉 Плейлист Юрия Трифонова:
https://www.youtube.com/playlist?list=PLGI5C7ozRfEJiwVMdqarV_nuUaDAZmFxv

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели»

Эхо Оттепели pinned «17 января был день памяти Варлама Шаламова, но мы только сегодня опубликовали на YouTube запись чтения Варлама Тихоновича трёх рассказов из колымского цикла и собрали небольшой плейлист с его произведениями — в прекрасном исполнении советских артистов, а также…»

Опубликовали (и добавили в плейлист «Варлам Шаламов») запись авторского чтения рассказа «Сентенция» из сборника «Левый берег». Теперь на YouTube-канале «Эхо Оттепели» есть все известные на сегодня записи чтения Варламом Тихоновичем колымских рассказов.

👉 Варлам Шаламов читает рассказ «Сентенция» —
https://youtu.be/c6qgwvl1m0Q

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели»

28 января исполнилось тридцать лет со дня смерти Иосифа Бродского.

Писать здесь, пожалуй, нечего, кроме того, что эта дата — повод перечитать какое-нибудь из стихотворений Иосифа Александровича. Вот одно из ранних и любимых.

Ты поскачешь во мраке, по бескрайним холодным холмам,
вдоль березовых рощ, отбежавших во тьме, к треугольным домам,
вдоль оврагов пустых, по замерзшей траве, по песчаному дну,
освещенный луной, и ее замечая одну.
Гулкий топот копыт по застывшим холмам — это не с чем сравнить,
это ты там, внизу, вдоль оврагов ты вьешь свою нить,
там куда-то во тьму от дороги твоей отбегает ручей,
где на склоне шуршит твоя быстрая тень по спине кирпичей.

Ну и скачет же он по замерзшей траве, растворяясь впотьмах,
возникая вдали, освещенный луной, на бескрайних холмах,
мимо черных кустов, вдоль оврагов пустых, воздух бьет по лицу,
говоря сам с собой, растворяется в черном лесу.
Вдоль оврагов пустых, мимо черных кустов, — не отыщется след,
даже если ты смел и вокруг твоих ног завивается свет,
все равно ты его никогда ни за что не сумеешь догнать.
Кто там скачет в холмах… я хочу это знать, я хочу это знать.

Кто там скачет, кто мчится под хладною мглой, говорю,
одиноким лицом обернувшись к лесному царю, —
обращаюсь к природе от лица треугольных домов:
кто там скачет один, освещенный царицей холмов?
Но еловая готика русских равнин поглощает ответ,
из распахнутых окон бьет прекрасный рояль, разливается свет,
кто-то скачет в холмах, освещенный луной, возле самых небес,
по застывшей траве, мимо черных кустов. Приближается лес.

Между низких ветвей лошадиный сверкнет изумруд.
Кто стоит на коленях в темноте у бобровых запруд,
кто глядит на себя, отраженного в черной воде,
тот вернулся к себе, кто скакал по холмам в темноте.
Нет, не думай, что жизнь — это замкнутый круг небылиц,
ибо сотни холмов — поразительных круп кобылиц,
из которых в ночи, но при свете луны, мимо сонных округ,
засыпая во сне, мы стремительно скачем на юг.

Обращаюсь к природе: это всадники мчатся во тьму,
создавая свой мир по подобию вдруг твоему,
от бобровых запруд, от холодных костров пустырей
до громоздких плотин, до безгласной толпы фонарей.
Все равно — возвращенье… Все равно даже в ритме баллад
есть какой-то разбег, есть какой-то печальный возврат,
даже если Творец на иконах своих не живет и не спит,
появляется вдруг сквозь еловый собор что-то в виде копыт.

Ты, мой лес и вода! кто объедет, а кто, как сквозняк,
проникает в тебя, кто глаголет, а кто обиняк,
кто стоит в стороне, чьи ладони лежат на плече,
кто лежит в темноте на спине в леденящем ручье.
Не неволь уходить, разбираться во всем не неволь,
потому что не жизнь, а другая какая-то боль
приникает к тебе, и уже не слыхать, как приходит весна,
лишь вершины во тьме непрерывно шумят, словно маятник сна.

1962

📸 На фото: Иосиф Бродский — сезонный рабочий геологической партии на Тянь-Шане, 1959–1960.

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели».

Снега вокруг сейчас и так хватает, но мы предлагаем взглянуть на шестидесятишестилетний снег.

📸 Московская зима 1960 года на фотографиях американского фотографа и журналиста Карла Майданса, опубликованных в журнале LIFE.

🔔 Подписывайтесь на «Эхо Оттепели».