Современные представления о ядерном сдерживании (господи, о чем я вообще говорю) строятся, в частности, на том, что в ядерной войне нет победителей, о чем наше мудрое руководство не забывает напоминать нам раз в несколько месяцев. Юмор ситуации состоит в том, что шестидесятые уже давно закончились, а при полном паритетете и наличии автоматизированных средств ответного удара, весь смысл ядерного вооружения просто теряется — не будем загадывать, но, скорее всего, в двадцать первом веке оно никогда не будет применено именно из-за этого идиотского цуцванга, в котором никто никогда не нажмет кнопку первым. Почему ядерное сдерживание работало в шестидесятых, но не работает сейчас? Об этом говорят специалисты, но с некоторой опаской, потому что эта простая мысль — на самом деле, страшнее самого ядерного вооружения, и очень-очень страшно думать о том, почему именно вот эти огромные смертоносные ракеты перестали пугать, и к чему это может привести. Бомбой можно угрожать до посинения, но у этих угроз есть определённый срок годности, и в конечном итоге они протухают, потому что тот же ядерный цуцванг заставляет угрожающую сторону отодвигать "красные линии" все дальше и дальше. Указ об основах государственной политики в области ядерного сдерживания за последние два года уже несколько раз давал нам повод вдарить по каком-нибудь Брюсселю. Куда именно двигаются красные линии — мы уже видели, и нет оснований думать, что они не отодвинутся еще глубже.

С этим, безусловно, нужно что-то делать. Интересно, а не поэтому ли тематика применения ядерного оружия отдана в разработку одному комичному тяжеловесу, фамилию которого вы все хорошо знаете, и нынешнее поведение которого невозможно объяснить? Карнавализация — старый и апробированный политическим руководством страны приём, и Медведев кажется достаточно медийной, но в то же время безвредной фигурой, чтобы поручить ему дискредитацию идеи использования ядерного оружия по назначению. Ещё пару лет, и словосочетание "тактический ядерный удар" и его вариации будут вызывать только хохот и прочную эмоциональную привзяку к простыням вышедшего в тираж политика — примерно так случилось с "центрами принятий решений", о которых поначалу говорилось всерьез, но которые, вследствие невозможности наносить по ним удары, превратились в хохму — искуственную, как становится понятно сейчас. Возможно, для закрепления эффекта Медведева в этом амплуа даже будут показывать в выпусках новостей – последним сюжетом, где-то рядом с падающим Байденом и новыми оговорками Кондолизы.

Мир в конечном итоге придёт к пониманию, что ядерное оружие — это очень дорогостоящая фикция, потому что помимо невозможности достигать с помощью него непосредственного военного успеха, оно ещё и перестает работать как механизм сдерживания. Возможно, это случится где-то в сороковых годах, к столетию первого и единственного случая применения его по назначению. Естественно, все это не окончится транснациональным братанием, взаимным разоружением и прочей сахаровщиной — скорее всего, в военном плане мир просто откатится к Первой мировой (собственно, это уже происходит): окопы, Верден, колючая проволока, химические атаки и «взгляд на тысячу ярдов». Самое простое, что можно сделать сегодня с ядерной проблемой — это просто забыть о существовании ядерного вооружения.