В прошлую субботу у меня была редкая возможность попереводить сразу для всей делегации китайских писателей, приехавших на ММКЯ (и заглянувших Петербург). Обещала написать пост по следам событий, рассказываю, пока впечатления свежи.

Встреча проходила в книжном магазине Жёлтый двор, который в этот день напоминал теремок из одноименной сказки. Дело в том, что хозяева магазина, Вита и Платон, заранее предчувствовали, что вся частная компания в их магазин не влезет. Но китайская сторона настаивала, чтобы встреча проходила именно у них. В итоге писатели, словно медведь, хорошенько Теремок расшатали, но не обрушили. Помимо китайской делегации и русских писателей прибыла ещё команда сопровождающих, ну и ограниченный круг гостей, и в итоге...ну, смотрите на фотографии сами. Второе кодовое название у меня для этих фото - свальный грех...

Тем не менее, ребята подготовились замечательно. У них даже был бар, организованный Пищей династии Минь и угощавший всех бесплатным чаем и коктейлями. Только эти коктейли помогли мне выжить, когда все пересыхало во рту.

Немного о присутствовавших звёздах:

Знаменитый русист Лю Вэньфэй рассказал, что недавно закончил писать самую полную в мире историю русской литературы, и скоро Си Цзиньпин подарит ее В.В.Путину.

Кстати, из печального: он процитировал "я мыслю, следовательно я существую", я ЗНАЮ, что это 我思故我在, но в моменте я не вспомнила и перевела не так изящно 😭 В переводе, знаете, как в ссоре - хорошая мысля часто приходит оплсля.

Шокировал меня детский писатель Цао Вэньсюань: мы переводим его на занятиях по переводу детской литературы, я думала, это такой добрый дедушка с сияющими глазами.
Платон: Вот будущее литературы - оно же в детях, да, господин Цао?
Цао Вэньсюань: Марксизм!! Если бы не было литературы, был бы марксизм? Все труды Маркса очень литературные! Вот я учил в детстве наизусть Манифест коммунистической партии...
Я послушно перевожу: Манифест компартии Китая.
Суровый писатель, сидящий передо мной: Да не Китая! Не Китая! И хватается за свой посох, явно с пугающими намерениями (быть переводчиком очень опасно, запомните это).

Прекрасен и мил был поэт Си Чуань, который, со слов Лю Чжэньюня, прибыв на вокзал в Петербурге, чуть ли не с воплями восторга кинулся бежать по городу. Хоть он и впервые приехал в Петербург, но здесь ему многое заочно знакомо: названия улиц, памятники...

Лю Чжэньюнь же беседу начал с того, что спросил, есть ли под нами сейчас ещё какое-то помещение. Платон объяснил ему, что прежде на месте магазина была жилая квартира, в которую в 2000х прорубили лестницу. Лю Чжэньюнь сказал, что нас столько сюда набилось - надо знать, куда будем падать, если пол не выдержит.

И тут случился мой звездный миг, я сказала, что раз внизу склад издательства"Композитор", мы все равно упадем в объятия литературы, и китайские гости захлопали.

В целом Лю Чжэньюнь говорил проще, но интереснее всех. На всеобщую жалобу по поводу маленьких тиражей он сказал, что вот у Конфуция когда-то тиражи вообще были крохотными, но он все равно Конфуций. Потом ещё вспомнили Тютчева, который первую книгу в 50 лет опубликовал...

А в финале выступил поэт Сюэ Тао, который сказал, что без литературы никак нельзя жить, ведь его мама очень любит читать его произведения. Я присвоила ему звание самого заботливого писателя, потому что он обмахивал буклетом и меня, и девочек рядом, чтобы мы не задохнулись.

Ну и удивительная встреча случилась на мероприятии: писательница Тан Тан с удивлением заметила на мероприятии мою выпускницу Асю Казакевич и ее маму, автора детских сказок, с которыми она уже виделась в Шанхае. Девушки вручили Тан Тан книгу на китайском: Асина мама ее написала, а Ася перевела.

Прошло все весело, а если и было душно, то только в помещении и ни капли - в атмосфере. Ну а коммунизм - что коммунизм. В финале решили, что его надо сберечь хотя бы в Китае, раз в России не вышло.