Владимир Богданов
12 января 1942 года

Видимо делаю в дневнике последние записи. День ото дня все хуже и хуже. Я уже не могу двигаться, едва поворачиваюсь в кровати, вообщем дошел до последней точки, надежды на поправку у меня нет.

Положение Ленинграда обреченное. Полмесяца не дают никаких продуктов, народ питается только пайком хлеба и горячей водой, люди умирают пачками, прямо на улице падают как снопы. Наша семья питается буквально хлебом и водой, уж крупы, мяса и конфетки не видали полмесяца. В магазинах пусто, детям и то ничего нет, что будет дальше не знаю, отказываюсь говорить, факт, то что смерть голодная и холодная смотрит нам в глаза.
К тому же на улице страшный холод, более -25°. Я прямо не знаю, что делать, 15-го мне не дойти до Военкомата, не нести же меня на носилках, сегодня вызвала мать врача, но когда его дождешься, люди ждут неделями, а бюллетень необходим для Военкомата и продкарточек.

Вообщем положение ужасное во всем городе, все замерло, все стоит, полная разруха из которой не видно никакого выхода. Спасение – чудо. Между прочим на днях удалось с адским трудом похоронить крестного, этому обязан отец. В нашей семье они с Надеждой крепче всех, тетя Сюта с тетей Маней более не менее ходят, а мать и особенно я совсем сдали. Я так уже покойник, просто противно жаловаться, но факт остается фактом, страшное истощение не шутка. А главное впереди туман и никаких перспектив и это все в Ленинграде, вот, что обидно. Было бы тяжело по всему фронту, а то ведь сейчас немец отступает буквально от Черного моря до Калинина, а Ленинградский фронт точно киселем затянуло, какое-то неприятное обречение, из которого мало кто выберется. Действительно немец зажал нас в стальное кольцо. Когда его прорвут???

#владимирбогданов