Табачная фабрика им. Урицкого на углу Среднего проспекта и 9-й линии Васильевского острова. Фото 1930 г. В годы войны предприятие выпускало папиросы, мины и гранаты. Сейчас – торгово-офисный центр.

Отрывок из исследования Владимира Пянкевича «Суррогаты табака в блокадном Ленинграде», журнал «Всеобщая история», №11, (215), 2024 г.:

«[...] чрезывычайно важным компонентом для изготовления папирос со второй блокадной осени 1942 г. стали сухие опавшие листья обычных ленинградских деревьев (осины, берёзы, клёна, дуба, липы, ольхи). Предложение таким путём смягчить потребность в дефицитном сырье возникло на ленинградской табачной фабрике им. Урицкого. В сентябре и октябре 1942 г. в Летнем и Михайловском садах листья деревьев собирали работницы и школьники. [...] в 1942 г. на пивоваренном заводе «Красная Бавария» было высушено почти 50 т древесного листа. После технологической обработки на табачной фабрике его примешивали к табакам. Опыт изготовления пробных партий продемонстрировал, что наиболее пригодными для выпуска табачных суррогатов являются листья клёна. [...] По утверждению руководства фабрики добавка к сырью до 30% таких листьев не только не ухудшила качество продукции, а даже в значительной степени повысила вкусовые качества махорки. Сложно сказать, насколько было обоснованно такое суждение, поскольку отзывы многих потребителей о качестве табачных суррогатов были нелицеприятны...»

Из дневника Алексея Пантелеева:
«Табак-эрзац, в состав которого входила всякая
дрянь, вплоть до коры, мха, листьев и мочалы, шутники ленинградцы называли “Елки-палки”, “Лесная быль”, “Сказка Венского леса” и даже
“Матрац моей бабушки”».