ПРОИЗВОЛЬНАЯ

можно начать с чего угодно
в самый
любой
момент

вклиниться в хоровод
протанцевать три круга
выйти в случайном такте
отдышаться на травке
и уйти в свою жизнь
снова действующим лицом
песней, а не певцом.

можно начать с чего угодно
в процессе яичницы
или чистки ковра
запеть про желтки и про ворс
про перчатки из шерсти
пони и штрудели
ниток моток
пролонгировать гимн,
выйдя наружу,
спускаясь по спуску, и петь о спуске
и споткнуться на остановке
на середине ноты,
и ехать с другими, инкогнито,
и передать за проезд.

можно начать с чего угодно
называя цветы
выдуманными именами
кубарем прокатить взгляд до воды,
зацепив кочку и клок Алерьяны

что схватить можно с полок?
всё что угодно!
кривую горного хребта
бросить на полпути
и удариться в перистые
этот камень возьму, и этот,
шеренгу сосен
поворот к сапуну, колоски и тушки
счастливых птахов, накатывающих
на неподвижных пташек

тарахтят травокоски
и можно – каждую вылетающую из них травинку:
травинка, травинка, травинка, травинка, травинка,
или черт с ними – можно осу

она здесь родилась, а долетит до пушек в закрытом парке
опылит мортиру,
потому что можно будущее
и прошлое
и колени в черных джинсах горят
на лучах как в аэрогриле
галлюцинации
трели
озонистые пары
лиственные кумиры.

можно начать с чего угодно
с этих столов и стульев,
с грохочущей кофемашины,
с проемов, заглядывающих в аквариум улицы,
с невидимых ласточек,
росгвардии,
цветочных лавочек,
человеческого горя, строго говоря,
точно прячущегося в одном из соседних домов,
с сыплющегося песчаника на недостроенной дороге,
с морского горизонта,
прощупанного вертушками радаров,
и даже с подвески полуострова,
видимой с небес (и спутников, и рассекреченных, но так и не опознанных летательных объедков)
– и посаженной в шкаф, сентиментальной копией,
на память для тех, кто уедет.

можно начать с чего угодно
и закончить чем угодно
где душе угодно
сесть в карусель на любом повороте
впрыгнуть в вагон на любом полустанке
зайти в реку с любого песка
и нестись с этой бОльшей чем силой
в безупречном потоке, безупречном мире
сколько душе угодно
богоугодно
всё годно,

пока не устанешь
пока не охрипнешь,
не закружится голова,
не собъется дыхание,
не засосет под ложечкой

и выйдешь, как ни в чем не бывало,
обратно из центрифуги
обратно из стампиды
обратно из тавафа
обратно из всеобщего шествия внутри стиральной машины
обратно – в молчание

оправить одежду
взъерошенные кудри
ладонями мокрыми остудится пара красных щек...

и пока продолжает выделяться пот,
и внутри калибруется клад,
и секунды смешались и сделали пару шагов назад,
можно снова стать не более чем наблюдаемой природой
отделенной, но не оставленной частью
и пойти за овощами
и домой, в занавешенные покровА

таковы права
таково счастье.

🍀