ВОПРОС: Как отличить асексуальность от угнетённого депрессией либидо?
#сычев_отвечает
Давайте стартуем с матчасти.
Асексуальность — это когда сексуального влечения к другим людям вообще нет. Либидо — это уровень полового драйва как таковой. Вещи разные: есть асексуальные люди с вполне живым либидо, оно просто ни на кого не направлено. А депрессия глушит именно драйв, за компанию со всем остальным. Так что вопрос стоит не «сколько у меня желания в сексиджоулях», а «есть ли в принципе притяжение к другим людям и было ли оно когда-нибудь».
Дальше четыре вопроса, которые помогут довольно надёжно определить с чем мы имеем дело в конкретном случае.
1. Была ли точка до? Асексуальность определяется как отсутствие сексуального влечения на протяжении всей жизни. Если вы можете вспомнить период, когда влечение было, а потом ушло, и примерно назвать, когда это случилось, — это не сексуальное предпочтение, это изменение состояния. Ориентации не выключаются по средам в ноябре на профилактику, они или есть всегда или нет.
2. Только ли секс пострадал? Депрессия ведь не крадёт прицельно одну функцию, она гасит способность получать удовольствие вообще. Еда стала пресной, музыка не нравится, с друзьями скучно, планы строить не хочется. Если вырубило только этот участок, а всё остальное работает нормально — вы вкусно едите, вам интересно жить, вы смеётесь — это сильный довод против депрессии.
Тут удобно думать так: депрессия — это когда в доме вырубило электричество, и не работает ни свет, ни холодильник, ни роутер, а секс в этом перечне — это, например, интернет. Асексуальность — это когда в доме всё работает, а интернета нет, потому что вы его никогда и не проводили.
Хочется ли близости? Асексуальность и аромантичность — разные вещи, и их постоянно путают. Огромное число асексуальных людей влюбляются, хотят отношений, объятий, близкого человека рядом — им не нужен именно секс. Депрессия же обычно выключает и это тоже: не тянет ни к кому вообще, хочется, чтобы все отстали. Поэтому спросите себя: хочу ли я быть с кем-то близко, просто без секса? Если да — это вопрос сексуальных предпочтений. Если не хочется никого и ничего — это состояние.
3. Где источник страдания? Тут важная деталь. Асексуальность сама по себе обычно не мучает. Если асексуальному человеку тяжело, то источник страдания обычно находится снаружи: партнер недоволен, вокруг все считают это ненормальным, свербит мысль, что с ним что-то не так. А потеря либидо при депрессии переживается именно как утрата — было моё, стало не моё, и это досадно само по себе, без всяких зрителей. Кстати, в DSM-5 прямо прописано: если человек определяет себя как асексуального, диагноз расстройства сексуального влечения ему не ставится. Асексуальность — это не болезнь, и медицина это признала официально.
4. И отдельно проверьте препараты.
Если вы принимаете антидепрессант, есть большой шанс, что дело в нём. В исследовании на 1022 пациентах сексуальные нарушения возникали в среднем у 59% — а по конкретным препаратам разброс серьёзный: пароксетин около 71%, циталопрам 73%, сертралин 63%, флуоксетин 58%. При этом у миртазапина было 24%, а у некоторых других и вовсе единицы процентов. То есть если влечение пропало после начала приёма таблеток — это, скорее всего, не открытие себя, а побочный эффект, и он часто решается сменой препарата. Это разговор с врачом, но разговор вполне перспективный.
В эту же копилку идут щитовидка, тестостерон, пролактин, анемия. Их тоже бы проверить
И раз уж на то пошло, то эти вещи друг друга не исключают. Асексуальный человек может впасть в депрессию, а человек с депрессией может в процессе выздоровления обнаружить, что влечения к людям у него не было и до неё. Поэтому самый надёжный тест — время. Если у вас есть депрессия, вылечите её. Вернётся всё, кроме сексуального влечения к людям, — значит, оно так и было с самого начала. Вернётся всё вместе — значит, дело было в депрессии.
Доктор Сычев
Сайт | Лекции | Книги